И вот тут я вам хочу заметить, в Чикаго невозможно въехать, в Чикаго буквально врываешься. Как-то незаметно вывернул и вдруг оказался окружён чёрными силуэтами гигантских небоскребов, светящими тысячами окон на фоне чёрного неба.
— Ну ни фига ж ты себе! — сказал ребёнок.
— А фигли ты думал? — ответил папка, хотя сам подумал о том же.
И тут первое западло. Ацкий сотона — свихнулось! Не может GPS работать среди небоскрёбов. Не-мо-жет! Похоже, сигнал от спутников дьявольски отражался тысячами раз от высотных зданий, перед тем как достучаться до самого GPS. Его заклинило. Он стал без остановки повторять «пересчёт маршрута», при этом рисовал меня на карте то на одной улице, то на соседней. Верхом пилотажа было наблюдать, как я еду на карте то боком, то задом. Поколесив двадцать минут по ночному даунтауну под аккомпанемент о бесконечных пересчётах, стало ясно — так никогда не доедем. Пришлось изучить карту, названия улиц и ехать, не обращая внимания на бред говорилки. В одиннадцать вечера наконец-таки приехали. С учётом границы, на весь путь у нас ушло шестнадцать часов.
В Чикаго
Утро вечера веселей. Ездить по центру Чикаго на машине смысла нет, ногами дешевле. Прежде всего, необходимо было найти, где в Чикаго ближайший мост через реку под названием Чикаго — согласитесь, невероятное совпадение в названиях.
От бывалых людей узнали про парк под названием Navy Pier и двинулись в нужном направлении. По дороги попался экскурсионный автобус по городу. Щедрые Чикагцы предлагали обзорную экскурсию за 29 баксов на человека. Я, конечно, понимаю, что мы во втором по значимости финансовом центре США, но совесть надо иметь и здесь. Мы с детьми дружно и хором послали автобус однозначно нафиг. Задирая головы к небу и разглядывая небоскрёбы, таки дошли до выходящего в озеро пирса под названием Navy Pier. Я, как великий ценитель памятников и скульптур, сразу заприметил две скульптурных композиции. Первая выглядела как хоровод детей в состоянии две секунды до падения. Как мог гармонично вписался в коллектив, и, как мне показалось, сделал удачную фотографию. Следующий памятник также потряс реалистичностью. Дядька сидел (на вид) на удобном мягком диване. Умом я понимал, что диван всё-таки из железа, но как реально подушечки-то выглядели?! Я разбежался и плюхнулся радом…
— Упссс, — сказали две китаянки, глядя на меня неестественно большими глазами.
— Йеаа, — ответил я, потирая то, что ударилось об железо.
Отошёл в сторонку, дал девочкам сфотографироваться на фоне того же дяди.
— Гёрлс, я вижу, вы тут вдвоём, — сказал я на международном плохом английском, — Давайте-ка я вас вместе сфотографирую.
— Давай, — сказала гёрл, — А ты сам откуда будешь, из Франции?
— Ну и дьявольское же у меня произношение в английском, — подумал я про себя, а вслух ответил, — Нет, девочки, к счастью, я не из Франции, я рашен.
— Да-а-а? — обрадовалась китаянка, — А я была и в Питере и в Йошкар-Оле. И вообще, спасибо, что ты нас сфоткал, и я это могу сказать на русском, СПА-СИ-БО!
— Клёво! А теперь не сфотографируете ли вы меня?
— Да, конечно!
Я сел, девочка меня сфотографировала. Я, как вежливый человек, встал и сказал…
— Шеше, — что означает на китайском языке спасибо.
— Клёво! А что ты ещё можешь сказать на китайском?
— К сожалению, больше ничего, — соврал я девочкам, потому как на китайском могу ещё сказать «иди к чёрту», но согласитесь, зачем им такие гадости говорить?
День продолжался, детишки накатались на каруселях, и мы взяли экскурсию на корабле по реке посмотреть архитектуру центра города. Другими словами, посмотреть на небоскрёбы вдоль набережной реки. Тут рассказать-то и нечего, такое нужно просто увидеть. Экскурсовод целый час рассказывал про всё самое-самое в Чикаго. И самый высокий небоскрёб в Америке (после того, как близнецы рухнули), и про то, что в Чикаго больше всего в мире разводных мостов. Я не знаю, может быть, хотя тут все мосты очень маленькие и с питерскими не сравнить. И вообще, я не знаю, в Питере есть разводные мосты на каналах или только через Неву?
А ещё он обратил внимание на гигантское офисное здание, которое имеет свой собственный почтовый индекс, так много там внутри адресатов. Естественно добавил, что такого больше нигде в мире нет, кроме как в Чикаго. Я не знаю, я верю на слово. Так же порадовали небоскрёбы с открытой парковкой высотой в много-много этажей. Причём там стен вообще нет, какие-то чахлые заграждения и всё. Сдавать задом до упора лучше не надо, упор улетит и дальше уже лететь до самого дна реки. Это жесть, конечно.
Что ещё понравилось, так это парки в центре города — большие, чистые, красивые, с детскими площадками и халявным доступом в интернет. Один из них — Миллениум парк. Там имеется весьма и весьма оригинальна скульптура, на которую даже при всём желании не залезть — это огромное полированное облако из железа. Махина весом в стодесять тонн! Под ней и вокруг неё толпится куча народа, рассматривая искажения и отражения Чикаго. Я в жизни много повидал кривых зеркал, но это — лучшее. Есть такие железки, которые словами не опишешь, их надо увидеть.
Вечером пошли поужинать. Куда? В Хутерс, разумеется. Уж очень мне хотелось сравнить своё бывшее место работы с Чикагским представительством. Хутерс — это сеть ресторанов. Как и положено в сети, всё в ресторанах должно быть одинаковое, и обстановка и еда, хотя…
— Пап, а ты когда в Виннипеге в Хутерс работал, там у ваших девчонок были поменьше… э-э-э, ну они вообще, сами по себе, были поменьше, чем Чикагские.
— В Чикаго всё большое, ешь и не отвлекайся!
В Итаке
Наступил третий день. В семь утра мы выехали в сторону города Итака, штат Нью-Йорк. Хотя это я только так подумал, что в сторону Итаки. Мой ацкий сотона предлагало путь совершенно в другую сторону. Я пятнадцать минут покатался по городу, пока до меня дошло, что вместо того, чтобы пальцем ткнуть в списке адресов «в Итаку», я ткнул «Домой». Всё-таки GPS — это хорошо, но самому соображать головой, в какую сторону ехать — тоже никогда не помешает.
Выехали на трассу и полетели. За окном мелькали Индиана, Огайо, Пенсильвания, и вот мы пересекаем границу штата Нью-Йорк. Как узнать, что вы уже в штате Нью-Йорк? Очень просто. Дороги стали хуже, а все байкеры вдруг оказались в шлемах. Я не знаю почему, но всю дорогу до границы штата Нью-Йорк, байкеры разъезжали на Харлеях без шлемов, а вот в Нью-Йорке, по всей видимости, с этим очень строго.
К этому времени я заметил, что от дома мы уже отъехали в общей сложности более чем на две тысячи километров. Это замечали не только мы. В один из моментов, уже подъезжая к городу Итака, мы обогнали минивэн с канадскими номерами. По номерам было понятно — люди едут из канадской провинции Онтарио, это недалеко, им досюда доехать всего ничего. Они также посмотрели на мои номера, и разглядели гордую надпись «Манитоба». Они были явно удивлены. Как канадцы, они сразу прикинули, сколько километров до этого места мы пёрлись на своей машине. На радостях они замахали нам руками, и всей семьёй принялись аплодировать.
На следующий день уже гуляли по маленькому городу Итака. Что интересного в этом городе? Ни-че-го. В этом городе находится Корнельский университет.
Для справки: Корнельский университет — самый молодой в знаменитой Лиге плюща. Он основан всего лишь в 1865 году, но это не мешает ему быть одним из самых престижных и крупных высших учебных заведений США: в Корнеле обучаются около 14 тыс. студентов и 7 тыс. аспирантов, здесь работают около 3,5 тыс. преподавателей.