— Думаю, вы сейчас в положении, как бы это сказать, несколько… качающемся…
Рассела всегда забавляли необычные выражения этого человека. Сейчас он тоже остался верен себе.
— Ну, не совсем так, хотя в общем, пожалуй…
— Ладно, мистер Уэйд, я позволю себе…
Зеф протянул руку, как бы намереваясь попрощаться, и когда Рассел пожал ее, ощутил в своей ладони несколько банкнот.
— Зеф, не надо…
Комендант прервал его понимающим жестом:
— Тут всего пятьсот долларов, мистер Уэйд. Они понадобятся вам сейчас. Отдадите когда сможете.
Рассел опустил деньги в карман. Он правильно расценил этот поступок: Зеф предложил их от души и чрезвычайно тактично. В такой трудный момент единственную реальную помощь он получил от постороннего человека.
Он тронул коменданта за плечо:
— Ты прекрасный человек, друг мой. Обещаю вернуть. С процентами.
— Не сомневаюсь, мистер Уэйд.
Рассел прочел в глазах Зефа искренность и доверие, каких ему самому определенно недоставало. Он отвернулся, желая скрыть волнение, и вышел на улицу. Остановился, обдумывая случившееся, сунул руку в карман, чтобы, нащупав деньги, убедиться: ему не приснилось, доброта действительно еще существует на свете.
Краем глаза он заметил какое-то движение за спиной. В то же мгновение ему резко заломили руку. Он обернулся и увидел рядом высокого, крепкого сложения темнокожего человека в черном.
На другой стороне улицы большая темная машина включила фары, тронулась с места и через минуту оказалась рядом с ними. Задняя дверца отворилась, как только машина остановилась. Рассел невольно осмотрелся, пытаясь понять, что происходит.
— Садись в машину. И без глупостей. Лучше будет для тебя же, поверь мне.
Рассел увидел ноги человека, развалившегося на заднем сиденье. Вздохнув, он сел в машину, а второй тип, который так вежливо пригласил его, опустился на сиденье напротив.
Рассел поздоровался тоном египтянина, приветствующего все десять казней:
— Привет, Ламар.
Насмешливая улыбка появилась на губах толстяка, который встретил его в машине. Элегантный костюм не делал его фигуру изящнее, темные очки не скрывали грубых черт лица.
— Привет, фотограф. Вижу, ты не совсем в форме. Проблемы?
Машина тронулась, и Рассел, обернувшись, бросил взгляд в заднее окно. Если Вивьен и видела происходящее, то не успела вмешаться. Возможно, поехала следом. Однако он не заметил, чтобы какая-то машина отъехала с другой стороны Парк-авеню.
Он повернулся к Ламару:
— Проблема в том, что ты по-прежнему пользуешься паршивым дезодорантом. Рядом с тобой кто угодно задохнется.
— Отличная шутка. Заслуживает аплодисментов.
Не переставая улыбаться, Ламар сделал знак человеку, сидевшему напротив, и тот с размаху ударил Рассела по щеке.
Рассел ощутил, как в нее вонзились тысячи острых иголок. Перед левым глазом заплясало желтое пятно. Ламар небрежно опустил руку ему на плечо:
— Как видишь, мои ребята по-своему оценивают юмор. У тебя есть еще шуточки вроде этой?
Смирившись, Рассел откинулся на спинку. Между тем машина свернула на Мэдисон, и теперь они направлялись к окраине города. За рулем сидел тип с бритой головой, и Рассел прикинул, что он такого же сложения, как и тот, что уделил ему свое сомнительное внимание.
— Что тебе нужно, Ламар?
— Я же сказал. Деньги. Обычно я не участвую в их изъятии, но для тебя хочу сделать исключение. Не каждый день приходится иметь дело с такой знаменитостью, как ты. Кроме того, ты мне до чертиков надоел.
Он кивнул своему громиле.
— Это же одно удовольствие — сидеть в первом ряду и смотреть, как ты ведешь переговоры с Джимбо.
— Бесполезно. Сейчас у меня все равно нет твоих пятидесяти тысяч долларов.
Ламар покачал своей крупной головой. Потный двойной подбородок слегка колыхался, поблескивая в отраженном уличном свете.
— Ошибаешься. В математике ты явно не силен. Как и в покере, впрочем. Уже шестьдесят тысяч, забыл?
Рассел хотел было ответить, но сдержался. Предпочел избежать еще одной встречи с рукой Джимбо. Первой ему вполне хватило.
— Куда едем?
— Увидишь. В спокойное место, где можно поговорить.
В машине повисло молчание. Ламар, видимо, не собирался давать других объяснений, да Расселу они и не требовались. Он прекрасно понимал, что произойдет, когда они приедут.
Вскоре, пробравшись сквозь яркие вечерние огни и поток машин, они приехали в хорошо знакомый Расселу Гарлем. Тут находились два-три заведения, куда он заглядывал, когда хотел послушать отличный джаз, и еще пара мест, менее афишируемых, которые посещал, когда возникали неприятности и хотелось поиграть в кости.