Когда-то я ссорилась с родителями из-за того, что они не отпускали меня поздно вечером проводить время в таких же компаниях. Сейчас я могла сама, не спрашивая ни у кого разрешения, пойти к ним. Но я, как бы мне ни хотелось оказаться среди них, все равно не пошла бы, и дело было не только в том, то там теперь были уже другие люди.
Время заводить друзей повсюду, где бы ты ни бывал, прошло. Не то чтобы изменилось что-то вокруг, нет. Просто тебе самому это нужно уже не так сильно, как раньше, да и другим тоже. Разве хватит смелости раскрыть душу перед другим человеком? И согласится ли он выслушать? По-настоящему доверять кому-то все сложнее. Да и времени на такое не хватает. Все это грустно, конечно. Но такова жизнь.
К этому чувству примешивалось странное ощущение собственной ущербности. Хотелось чего-то большего и чего-то иного по сравнению с тем, что было, но при этом меня не оставляло осознание, что все бесполезно. Я была уверена, что ничего не получится, ничего не будет. Почему? Я же еще ничего толком не попробовала. Тем не менее, у меня не хватало сил даже просто сказать себе: «Хватит! Стоит только захотеть – и у меня будет все!» Как только я думала об этом, тут же возникали мысли: «Ничего не будет! Тем более – того, чего я хочу. Никогда!» А почему? Я не знала. У меня не было никаких конкретных желаний, чтобы я могла реально оценить шанс осуществить их.
А вот у людей вокруг меня такие желания были, и они что-то делали, чтобы добиться своего. Я же только завидовала им, вне зависимости от того, получалось у них что-то или нет. Они пробовали, а я? Постоянно сомневалась, боялась, что ничего не получится, не хотела разочаровываться, поэтому даже не пыталась что-то сделать. Я просто тратила время впустую. Я чувствовала себя потерянной. Поступая в универ, я думала, что все это закончится. Но нет, ничего не кончалось.
Снова послышался шум шагов: девушки возвращались. На этот раз они не окликнули меня. Разговаривая между собой, они стали спускаться по лестнице, только Маша бросила на меня быстрый взгляд… Вот почему я в тот момент не могла окликнуть их сама? Встать, пойти с ними, куда там они собирались? Все, что от меня требовалось, - это сделать шаг навстречу окружающим, навстречу этому миру. Но нет, я предпочла обидеться и разозлиться. Ужасно захотелось, чтобы несравненная Верочка споткнулась об очередную ступеньку и встретилась своим миленьким личиком с лестницей. Вот прямо сейчас…
А почему бы и нет? Почему бы хоть раз не случиться чему-то подобному?.. В окно светит солнце, и на ломаной поверхности лестницы лежат четкие тени от рам. Одна из них может ведь подняться со ступенек, вытянуться, окрепнуть. В тот момент, когда Вера должна будет пройти по ней, она выгнется и запутается у нее в ногах. Вера споткнется и… Я увидела эту картинку так ясно, как будто бы все происходило на самом деле. Но на самом деле две девушки продолжали спокойно спускаться по лестнице. Только Вера вдруг повернула голову и взглянула на меня так, словно заподозрила меня в чем-то. Я неловко улыбнулась ей.
В эту минуту я была бы рада разговору с Мартином. Я подумала о том, что, наверное, могу окликнуть его – вдруг отзовется? Но, повернув голову, я обнаружила, что тени у меня нет. По всей видимости, Мартин находился в каком-то другом месте.
До звонка оставалось совсем немного. Я встала и, спустившись на этаж, вошла в коридор. И вот тут меня поджидал сюрприз. Около окна стояла группа старшекурсников, они болтали, коротая время перед началом пары. Среди них была высокая худощавая девушка с длинными рыжими волосами, завязанными в хвост. Она стояла так, что солнечный свет падал на ее фигуру. И у ног ее, нарушая всякую логику этого мира, лежали, покачиваясь, десятка полтора более или менее темных теней. Они были похожи на водоросли. Словно почувствовав мой взгляд, девушка обернулась и приветливо улыбнулась мне, как будто бы мы были знакомы.
* * *
В кафе было полно народу, и на второе место за столиком у окна, который заняла Юля, уже неоднократно порывались пристроиться какие-то мутные личности. Удивляться не приходилось: по близости располагался один из корпусов университета, и желающих успеть перекусить за короткую перемену хватало. Впрочем, немало было и «постоянных клиентов» - таких ребят, которые непонятно куда уходят утром из дома: то ли в универ, то ли сюда, в кафе. Но ни среди тех, ни среди других не было того, кто должен был бы появиться уже минут двадцать назад...
- Юленька, прости, я опоздал! – Мартин шлепнулся на жалобно скрипнувший стул. – Давно ждешь?