- Так... – наконец выдохнул он.
- Ага. Мы о том, что произошло и как теперь жить дальше.
- Ну... Я дома практически не бываю, так что можешь пожить здесь. Насчет еды и денег не беспокойся.
- Мне, вообще-то, надо еще учиться...
- Это тоже не проблема. Пока будем считать, что у тебя непредвиденные каникулы. На пару-тройку дней. Справку я тебе какую хочешь лично напишу, никто не отличит от настоящей. Впрочем, она и будет самой что ни на есть настоящей... А потом я слетаю к тебе домой за одеждой, вещами, что тебе там нужно. И что просто нравится...
«Тогда придется перевозить сюда всю мою комнату», - подумала я про себя.
- ...Если хочешь, даже родичам привет передам, чтобы не беспокоились за тебя. Я это умею... – Закончил он.
- Гера?
- Да.
- Не сочти за нескромность, но... Зачем тебе все это надо? Почему ты возишься со мной? Я не понимаю...
Он вздохнул, сполз по спинке кресла, уставился в потолок.
- Работа у меня такая, Эльза, - с неохотой ответил он.
- Расскажи? – робко попросила я, особенно не рассчитывая на историю.
Он задумался.
- Ты вообще представляешь себе, кто ты такая?
- Ну... В общих чертах. Наверное.
- Понятно. Ты видишь искажения Реальности?
- Да.
- Ты их только видишь?
- Ну, да, - не задумываясь, солгала я. – А что еще можно?
- Больше ничего нельзя! – неожиданно резко ответил Герберт и рывком поднялся с кресла. – Вообще-то, видеть тоже нельзя. Это мешает жить по законам Реальности. Но раз уж так с тобой получилось...
Я глубоко вздохнула, выражая полное с ним согласие.
- Я Пограничник, - продолжил он, не глядя на меня. Подойдя к шкафу, он открыл одну из стеклянных дверец и достал большой альбом в черном кожаном переплете. Пролистав несколько страниц, он вернулся ко мне, сел на диван рядом.
- Посмотри внимательно: ты никого из них не видела?
На предложенном развороте ровными рядами размещались черно-белые фотографии. Картина напоминала стенд «Их разыскивает милиция», какие показывают в старых фильмах, только качество снимков было гораздо лучше.
- Кто они? – спросила я.
- Эти существа – беглецы. Понимаешь, Эльза, очень важно, чтобы разные измерения Реальности не смешивались. Так обитатели того или иного измерения могут жить спокойно. Обычные люди ведь не видят искажений, и когда оттуда на них сваливается какая-нибудь гадость... В общем, я как раз и слежу за тем, чтобы искажений было как можно меньше, я на страже безопасности. А беглецы отказываются жить по правилам Реальности. Они скользят из одного измерения в другое и создают хаос. Присмотрись, ты никого не узнаешь здесь?
Я добросовестно рассматривала фотографии. Я понимала, что малейшее неверное слово или даже движение может меня выдать. Более половины лиц на фотографиях были мне знакомы.
- Пока нет... – лгала я.
- А как ты узнала про искажения?
- Мне моя тень рассказала, - не отрываясь от рассматривания фотографий, ответила я.
- Как ее звали?
- Не знаю. Она не сказала. Просто однажды так приподнялась с пола... – я показала ладонью.
- А что именно она тебе рассказала? – допытывался Гера.
- Она сказала... – я сделала вид, что задумалась. – Она сказала, что Реальность – это огромная система, у нее есть множество компонентов – измерений – и в одном из них живу я. Эта система не идеальна, поэтому иногда происходят искажения. Искажения – это смешение двух или даже нескольких измерений. Моя тень сказала мне, что я владею способностью видеть эти смешения.
- И это все? – он заметил, что я невольно задержала свой взгляд на одной из фотографий. – Ты его видела?
- Да... Нет... Я... Я не знаю... – я поняла, что попалась. – Мне кажется, я видела его, но...
- Разумеется, ты его видела! – довольно произнес Герберт. – Ты даже разговаривала с ним и знаешь, как его зовут. Если честно, я бы заподозрил неладное, если бы ты не указала мне на него.
Я все рассматривала портрет молодого светловолосого мужчины с грубоватыми чертами лица. Чувствуя, что на самом деле знаю его, я его не узнавала. Мне показалось, что я узнаю его, если только посмотрю подольше… Как же неосмотрительно было останавливаться на его фото.
- Кто он?
- Неважно. Больше ты никого не узнаешь?
Я отрицательно покачала головой.
- Ну, ладно. Может, потом еще вспомнишь, - он взял альбом из моих рук и убрал его назад в шкаф. – Я просто хочу тебя предупредить. Я желаю тебе только добра, Эльза. Я хочу помочь тебе. Ты мне веришь?
Секунду помедлив, я кивнула.
- Я просто не хочу, чтобы беглецы использовали тебя в своих целях, - продолжил Гера. – Видишь ли, в твоем измерении очень многие способны видеть искажения, но в большинстве случаев это временный дар. Беглецы же, находя таких людей, дают им большие надежды, рассчитывая воспользоваться их силами. Но дар уходит, следом за ним исчезают и беглецы, а человек остается один на один со своим отчаянием. Я не хочу, чтобы с тобой случилось нечто подобное.