Ближе к рыночной площади, служившей центром городка, встречавшиеся мне женщины стали выглядеть лучше. Среди них появились одетые в костюмы из кожи, при них было оружие. Но ни одна по-прежнему не удостоила меня вниманием, а некоторые, те, что были помоложе, шарахались от меня, когда я пыталась заговорить с ними. Даже местные собаки смотрели на меня неприветливо.
На рыночной площади, окруженной двух- и трехэтажными каменными домами, толпилось много народу. Все бессовестно толкались, чужие локти впивались в ребра. Тем не менее, никто по-прежнему не хотел разговаривать со мной. Я попыталась остановить проходящую мимо женщину, ухватив ее за край одежды, но она лишь вырвала свое платье из моих рук так, как будто бы я была прокаженной, и канула в толпе. Тут же я получила очередной и на этот раз довольно болезненный толчок в грудь. Мое терпение лопнуло, и я, особо не задумываясь, ответила. Получилось неожиданно сильно: женщина не удержалась на ногах, но не упала, а налетела на какого-то мужчину...
Мужчину?!.
Это было первое существо мужского пола, увиденное мною в городе. И он, надо сказать, был хорош: высокий, смуглый, темноволосый, голубоглазый. Металлические пластины поверх коричневой материи защищали его широкую грудь и живот, на поясе висел меч. Женщина, натолкнувшаяся на него, что-то громко проверещала и указала на меня пальцем. Толпа вокруг меня мгновенно замерла и отступила назад. Я почувствовала недоброе.
Мужчина с пренебрежением посмотрел на меня, потом совершенно спокойным голосом о чем-то спросил подобострастно согнувшуюся перед ним женщину. Та в ответ снова дико заверещала, но мужчина, не дослушав ее, с силой оттолкнул ее от себя и отдал приказ.
То, что это приказ, я поняла только тогда, когда заметила четырех женщин-воительниц, стремительно пробиравшихся ко мне сквозь толпу.
- Послушайте… – начала я, но мой голос как будто бы стал для них сигналом: не щадя толпившихся вокруг людей, воительницы растолкали их и в считанные секунды оказались рядом со мной. Я ощутила их стальные пальцы на своих руках и не успела опомниться, как меня уже куда-то волокли под одобрительные крики добропорядочных горожан. Я не видела, куда меня тащат. Мой взгляд выхватил лишь женщину, которую я слишком сильно толкнула: не сводя с меня безумного взгляда, она тыкала в меня сухим коричневым пальцем и не переставала кричать.
Потом было полутемное помещение, промелькнувшее у меня перед глазами низким каменным потолком и обдавшее лицо застоявшейся сыростью, потом – дверь и резкий выброс вперед. Я устояла на ногах, но когда кинулась к двери, ту уже заперли. Я обернулась.
Теперь я находилась в низкой темной камере, поразительно похожей на подвал в моем доме в реальности, с той лишь разницей, что железная дверь за моей спиной была заперта, а на единственном окне, в которое не смог бы пролезть даже ребенок, были толстые железные решетки. Воздух был спертым, смрадным.
«Ты, кажется, хотела приключений? – издевательски спросила я саму себя. – Так вот же они. Получай и радуйся!»
Обида подступила к моему горлу. На какое-то мгновение мне показалось, что я способна разнести все эти стены в пух и прах, я уже даже слышала дрожание камней, скрепленных между собой неизвестным мне составом, как вдруг...
Неприметный коричневый комочек в углу камеры, сначала показавшийся Элизе просто кучей старого тряпья, шевельнулся и всхлипнул. Гнев белой ведьмы, вызванный таким количеством неприятностей за один день, тут же сошел на нет.
- Кто ты? – спросила она.
Комочек шевельнулся снова, но ничего не ответил. Элиза подошла ближе. Не жалея своего дорогого платья, она опустилась на каменный пол и дотронулась до свертка материи.
- Кто ты? – повторила она. – Не бойся. Я могу тебе помочь.
Комочек задвигался активнее, складка материи, служившая капюшоном, приподнялась, и сквозь коротко остриженные волнистые желтые волосы на Элизу посмотрели черные глаза, припухшие и блестящие от слез…
Я встряхнула головой, сбрасывая наваждение. Я сидела на корточках около какого-то человека, забившегося в угол нашей общей камеры. Я не помнила, как подошла к нему. Это была девушка или подросток. И стоило мне только всмотреться в черты незнакомого лица, как сознание вновь стало уплывать…
…Комочек задвигался активнее, складка материи, служившая капюшоном, приподнялась, и сквозь коротко остриженные волнистые желтые волосы на Элизу посмотрели черные глаза, припухшие и блестящие от слез.
- Меня зовут Шерел, - ответила девушка.
- И что ты здесь делаешь, Шерел? – спросила Элиза. – Как ты сюда попала?