И вот тут, каким бы увлекательным ни был сон, мне захотелось проснуться. Немедленно.
Глаза Насти расширились – она узнала меня.
- Лиза?.. Лиза!
Она подалась вперед, но веревка, несмотря на то, что державший ее мужчина не сделал ни единого движения, впилась в ее тело и дернула назад. У меня перед глазами все поплыло.
Настя была в платье, какие носили в этом мире. Ее волосы были перевязаны лентой. Лицо было бледным, осунувшимся.
- Как такое могло случиться?.. – вслух подумала я.
- Это не важно, - ответил Ингмар. – Ну, Гостья, ты согласна на обмен? Дай мне ключ, и я отпущу вас обеих. Алексий вернет вас в ваш родной мир. Слово правителя.
Я все еще медлила, но теперь не из-за того, что надеялась на помощь Юлии и Гедеона. Пожалуй, они могли все еще сильнее осложнить. Я просто растерялась.
Вдруг со стороны одной из анфилад послышался топот, и в зал ворвался отряд повстанцев. Во главе была Юлия, Гедеон следовал за ней. Сердце у меня сжалось.
- Ты что здесь делаешь? – возмутилась Антонина, увидев младшую сестру. Но тут еще взгляд упал на Гедеона. – Ты…
Юлия за словом в карман не полезла.
- Пришла наподдать тебе, как следует! Гостья!
И она требовательно протянула руку. Я не шелохнулась. Юлия с удивлением посмотрела на меня.
В этот момент откуда-то сбоку снова послышался топот и крики. Ингмар поморщился и щелкнул пальцами. Бом!.. На все выходы из зала упали каменные плиты. Звуки как отрезало. Ингмар со своими приспешниками и Настей, Юлия и Гедеон с их соратниками, я – мы все оказались запертыми. До тех пор, пока кто-нибудь что-нибудь не сделает.
- Решай, Гостья, - потребовал Ингмар.
Глава 16. Связь
Что проку в дружбе, если нельзя сказать все, что думаешь? Болтать разные приятности, льстить и поддакивать может всякий, но истинный друг говорит только самое неприятное и никогда не постоит за тем, чтобы доставить тебе огорчение.
О. Уайльд. Преданный друг
С высоты третьего этажа внутренний квадратный школьный двор, освещенный одним-единственным зеленоватым фонарем, казался самым скучным местом во Вселенной.
- Настя! Настя, ты здесь? – послышался знакомый голос.
- Нет меня тут.
- Я так и знал, что ты в классе сидишь! – наталкиваясь на передвинутые для уборки кабинета парты, Вадик пробрался к окну, из-за шторы которого доносился ее голос.
- Ты что, обиделась? – спросил он, нырнув под штору.
- Ну, что ты. Нет, конечно. Просто устала. Ты слышишь?
Вадик прислушался к звукам, доносившимся из спортивного зала. Он не заметил ничего необычного.
- Что? – спросил он.
- Да они одно и то же по сто раз гоняют. Скучные здесь дискотеки.
- Ну, извини.
- За что ты извиняешься? Ты, что ли, за это отвечаешь?
- Нет.
- Вот и не извиняйся, не за что. А ты вообще почему здесь?
- Меня Заноза послала проверить, все ли готово к завтрашней уборке. Вижу, что у вас все готово! – он потер бедро, ушибленное об угол парты.
- Да мы только мебель сдвинули... Нет, ты знаешь, по-моему, это кретинизм: сегодня устраивать дискотеку по случаю окончания четверти, а завтра – четвертную уборку. Никто же не придет.
- Хочешь, я скажу об этом Занозе?
Настя искоса посмотрела на него.
- Ага, и при этом сошлешься на меня, да? Стукачок ты очкастенький...
Вадик опустил голову, неловко улыбнулся.
- Насть... Если человек...
- Да ладно тебе! - перебила она. - Я ведь пошутила. Все тут знают, что Заноза тебя «любит» не больше, чем всех остальных. Я лично вообще не понимаю, как такую нервную тетку допустили к преподаванию.
- Когда ее допускали, она была нормальной. Это школа ее доконала.
- А сколько она преподает, ты не знаешь?
- Не знаю. Но мама говорила, что Заноза уже при них в школе работала.
- Ну, она действительно древняя… Настя, а что ты будешь делать на каникулах?
- Спать! С этой школьной жизнью никакой жизни нет, выпускной класс же. Хоть на каникулах отдохну.
Вадик помолчал, собираясь с духом, чтобы наконец задать тот вопрос, ради которого он, в принципе, и отправился искать Настю по классам.
- Я вот тут подумал… Может быть, мы встретимся, погуляем или в кино сходим?
Закончив, Вадик нервно сглотнул.
- Ну, я даже не знаю, - Настя не ожидала от него подобных предложений и не смогла скрыть улыбки. – Хотя, почему бы и нет?
- Так значит... – начал Вадик, чувствуя, как жар заливает его щеки.
- Леди Анастасия! – раздался вдруг тревожный оклик. – Госпожа!