Рядом находится и ЗАГС. Поэтому между ним и площадью сделали большую стоянку для машин. Чтобы весь свадебный кортеж при желании поместился.
Вечерами теперь на этой стоянке тусуются или байкеры или золотая молодежь на своих крутых тачках. Включают музыку, устраивают дискотеку.
Жители из ближайших домов неоднократно жаловались на шум, но кто будет гонять мажоров? Чтобы потом получить втыки от их пап? Зато простым девчонкам и парням интересно наблюдать за небожителями, они кучкуются на площади и завистливо наблюдают за развлечениями своих кумиров.
Сегодня на площадь меня выдергивает соседка Нина. У нас девочки-погодки, ее на три месяца старше, мы познакомились, гуляя с колясками во дворе. Узнав, что я внучка Лилечки Макаровны, она и вовсе взяла надо мной шефство.
- Поехали гулять в скверик, - зовет она, как только мы вышли на улицу.
Ну ладно, в скверик, так в скверик. Сегодня жарко и лишняя тень не помешает. Но на улице безветренно и даже в тени жарко.
- Пойдем по набережной прокатимся, там всегда ветерок дует и свежо, - тащит меня Нина к набережной.
Я соглашаюсь. Потому что дома тоже душно. И уж лучше провести день на улице. После набережной Нина тянет меня на площадь:
- Там фонтан, пойдем освежимся.
Я ее понимаю. У нее малышка уже стоит на ногах, и они могут постоять на бортике фонтанчика. Половить брызги и капли холодной воды. А нам с Лилькой без разницы где кататься. Поэтому мы идем к фонтану.
Там у них случается оказия. Мальчишки прыгнули в фонтан и залили дочку Нины водой. А она уже переодела в запасное малышку, когда та пролила сок.
Нина спешит домой. Мне бежать не хочется, слишком жарко, да и устала я уже ходить, ноги гудят. Поэтому я остаюсь, часик сижу на лавочке, а потом собираюсь домой.
Путь лежит мимо стоянки около ЗАГСа, там сейчас оживленно. Много крутых тачек. Золотая молодежь решила тут встретиться или потусоваться.
Почему-то меня это сейчас напрягает. Я не могу понять, но все мои нервные окончания вопят о пристальном внимании со стороны мажоров. Темная аура давит, и я спешу поскорее убраться отсюда.
За спиной слышу какие-то смешки и улюлюкание.
А потом передо мной встает тот парень, что не дал мне упасть зимой с горки, бармен из кафе.
- Привет, это ты? – расплывается он в широкой улыбке.
- Да, а это ты? – не могу я сдержать ответной.
Я на самом деле рада его видеть. Но как-то смущаюсь. Не знаю, почему.
Может, потому что тогда вела себя не совсем адекватно. А, может, потому что сейчас выгляжу не очень. Я одета для прогулки с ребенком, изначально мы с Ниной договаривались погулять у дома. Да еще успела измазаться в отрыжке дочки. Не причесана – косу заплела, да пошла. Не накрашена – сегодня жарко, я бы вспотела и вся краска бы потекла.
Я бы предпочла встретиться, когда я хоть выглядеть буду нормально. На контрасте. А то тогда в пуховике, который налезал на нос, сейчас в велосипедках и майке оверсайз.
- Как дела? – он пытается заглянуть в коляску.
- Я тогда родила, в тот день, представляешь? – я опять начинаю нервно-торопливо тарахтеть. – Лильчонок недоношенной родилась. Но сейчас все нормально. Слава богу, тогда врачи хорошие попались.
- Я рад, - улыбается он.
- Спасибо. Она сейчас спит. Только заснула. Нагулялась.
- Здорово, - произносит он.
А сам разглядывает меня так… Водит глазами по лицу, по телу. Что я краснеть начинаю.
- Мирон! Мирон! – раздается оклик за спиной.
И рядом с нами встает парень. Из той компании мажоров. Модно одетый и причесанный. С пирсингом в ушах, бровях и на губе. Нагло разглядывает меня и ухмыляется.
- Приве-е-ет, - произносит как бы мурлыкая. С интонацией кота Матроскина из мультика. – А ты кто?
- Это внучка Лилечки Макаровны, - улыбается, глядя на меня… Мирон?
- А-а… Лилечки Макаровны, значит… внучка. Ясно-понятно…
- Лех, иди погуляй, - не глядя на него, говорит Мирон.
Леха ухмыляется, оглядывая снова меня с ног до головы наглючим взглядом, и удаляется.
- Мирон? Редкое имя, - замечаю я.
- Да, прости. Неловко получилось тогда… Я друга замещал в баре.
Я пожимаю плечами. Какая мне, в общем, разница.
- Рада была повидаться, - киваю я и собираюсь его объехать.
Но тут пиликает телефон, я достаю его, удерживая вежливую улыбку на лице для Мирона и…
Проваливаюсь под лед ледяной проруби. В глазах темнеет, телефон выпадает из рук. Меня скручивает спазмом. Я хватаюсь за коляску, удерживая на плаву мысль, не уронить ее, а то утяну за собой на дно проруби. Ноги не держат, я не чувствую опоры.