-Не отчитываю, а указываю на стратегически важные неточности в общении с баш-кадиной. В этом мире ладно, вся вина загладится так или иначе, а перед Аллахом кто отвечать будет? М? — рыжая нахалка поставила Сулеймана в тупик.
-А как же мой танец?! — наконец, обиженно спросил он.
-Я у тебя во дворце состарюсь, у нас еще тысячи ночей будут!! А ты спрашиваешь — когда же танец, как же танец?! СУЛЕЙМАН!!!
Султан пораженно смотрел на разъяренную наложницу, посмевшую не просто повысить голос на Повелителя, а орать! Да еще и заставлять оправдываться?! И за что?!
-Иди к себе, Хюррем, -серидто приказал Падишах. Рыжая покорно кивнула и поинтересовалась нежным, невинным голоском:
-К себе –это куда?
Вот тут султан в очередной раз попал в тупик. По плану, к себе –это в смежные покои. Но раз сейчас Махидевран ублажать придется… В гареме — небезопасно. Так куда?!
-В темницу пока что!! — громко рыкнул султан. Притянув к себе округлившую глаза Хюррем, добавил очень тих ей на ушко: –Туда принесут теплые одеяла, еду и сладости. Будь так добра, сделай вид, что провинилась, и я тебя сослал… Небезопасно в гареме находиться. Мама… не в настроении.
-Слушаюсь и повинуюсь! — тихонько ответила ему Хюррем, тоже на ушко Подумала и нежно прикусила его за мочку. Султан чуть на Небесах не оказался раньше времени. –Главное — изъять меня оттуда вовремя не забудь… Повелитель…
С этими словами Хюррем гордо выпрямилась и направилась к выходу из покоев.
-КУДА?!! СТРАЖА!!!
Послав Сулейману лукавый взгляд, рыжая кокетка мигом приняла вид испуганный и затравленный, соответствующий случаю.
«женюсь!», -искренне восхищенный, подумал султан.
» Придурок …», -искренне улыбнувшись этой мысли, подумала Хюррем.
Примечание к части Категория 16+. Присутствует описание эротической сцены (не детальное). Глава 9, в которой все заняты своими делами, а Ибрагим трахается как кролик
Глава 9.
В темнице было отнюдь не уютно. Но Сулейман и правда позаботился обо всем необходимом — Сюмбюль — ага «под полой» принес мне кучу всяких вкусностей, теплые одеяла, горячий кофе (когда я узнала, что у них есть кофе, то обрадовалась до поросячьего визга!).
В данный момент я наслаждалась айвой под взбитыми сливками и слушала рассказ Нигяр — калфы о ее тяжелом детстве и не менее трудной юности.
— Тебе нравится в гареме, Нигяр? — когда калфа выдохлась, поинтересовалась я. — Ты не скучаешь по родине, по дому?
— Госпожа…
— Не называй меня так, я никакая не госпожа.
— Хюррем — хатун, тоска по родине мучает каждую наложницу. Кроме тех, кого родные продали — им дома была куда как хуже, чем в гареме у нашего Падишаха. А я по Руси скучаю… — мечтательная дымка появилась в глазах Нигяр. –Как можно не скучать? По золотым полям пшеницы? По яблоневому саду на дворе у матушки? По любимой корове Пчелке, дававшей молока на всю большую семью? Мы бедно жили… Бедно, но счастливо!
— Когда — то и я жила бедно, но счастливо… — забывшись, тихо отозвалась я. –Сейчас я бы такую жизнь для себя не выбрала. Тех, по кому тоскуешь, тех, кто делал эту жизнь такой счастливой — их уже не вернуть. А мне — не вернуться…
В этот момент я неожиданно поняла, что плачу.
Не вернуться… Я и не хочу возвращаться в тот мир, но что делать, если именно там остались такие родные могилы? Я привыкла навещать своих хотя бы раз в месяц, а кто будет делать это теперь?! Как я вообще здесь оказалась?!
Калфа не могла понять причины моей неожиданной истерики, а я и не просила ее понимать. Я сама успокоюсь. Я сильная, я справлюсь. Раз оказалась тут — то это не просто так. Может быть, этим я изменю ход истории. Кто знает?
Не зря Росколану — Хюррем считали родоначальницей «женского султаната», разрушившего всю Османскую Империю.
С этой мыслью я в последний раз хлюпнула носом, утерла глаза рукавом уже слегка покоцанного платья и деликатно попросила:
— Расскажи мне о Махидевран.
Нигяр вздрогнула, но что ей оставалось? Сам султан приказал выполнять любой мой каприз!