-Госпожа, сюда идет!!!
Я моментально запихала ошалевшего Ибрагима под кровать, завесив покрывалом, и приказала сидеть, не высовываясь. Благо, на это ему ума хватило!
Сама же бросилась на кровать, закутавшись одеялом по самые уши. Пусть теперь думает, что я спала тут сном праведника. И попробуй докажи обратное!
Сулейман ворвался в мои покои, как разъяренный бык. Голубые глаза мечут молнии, усы дыбом… Зацепил его танец семи покрывал, как пить дать!
-Выйди вон! –заревел он на бедного Гюль-агу. Я «сонно» зевнула и высунула нос из-под одеяла.
-Сулейман? …
-Хюррем, что ты творишь?!!! –ревел этот обезумевший самец, не подозревая даже, что я тут творю на самом деле.
-А что случилось? — наглость моя всегда была вторым счастьем. А актрисой я тоже всегда была неплохой. Долгие годы тренировок и занятий актерским мастерством сказывались!
-Это ты Махидевран научила?!
-Чему научила? — похлопала ресничками я.
-Танец такой танцевать научила! –Господи, да он уже слюной в бешенстве брызгает. Ужас какой.
-А она сама что говорит?
-Что ничего не знает!!! Врет, как обычно!!!
Я еле подавила в себе желание в голос заржать. Подсобил Гюль-ага баш-кадине, ничего не скажешь.
-Ну, я …
Минута молчания. Сулейман пытается прийти в себя и не задохнуться от ярости.
-И что мне теперь делать прикажешь? — шипит он. Я пожала плечами и предложила позвать ее на хальвет. Султан совсем озверел, плюнул на пол и улетел из моих покоев. Из-под кровати послышалось тихое хихиканье.
-Что смешного? — ласково поинтересовалась я, заглянув под покрывало. Ибрагим валялся на полу и пытался заглушить истерический смех, заткнув рот кулаком. Получалось плохо. Я же подавила странное желание вытащить его оттуда, раздеть и…
Так, Саша, стоп!
Нельзя! Фу! Плохая девочка!
Но кто виноват, что меня тянет к этому греку, как магнитом?!
Гюль-ага с понуро повешенной головой вошел в покои.
-Султан приказал казнить баш-кадину за такие… шуточки.
Вот тут нам всем стало резко не до смеха. Ибрагим быстро вылез из-под кровати и в ужасе посмотрел на меня.
-Что будем делать, султанша?
Я пожала плечами. Какой у меня выход?
-Придется разруливать…
С этими словами я зашла за ширму и скинула верхнее платье, оставшись в тонком и прозрачном нижнем. Взлохматила волосы перед зеркалом, покусала губы, придавая им пикантный вид. Чуть смазала маслом гардении запястья, кожу за ушами и шею. Султану этот запах нравится…
-Гюль-ага, доложи султану, что я сейчас приду.
Евнух покорно кивнул и испарился. Мы с Ибрагимом остались наедине.
-Спасать кого-то путем того, чтобы ложиться в кровать с человеком, которого я не люблю… — тихо сказала я.
-Я понимаю, -прижал меня к себе Великий визирь.
-Знаю, что понимаешь.
Наши губы опять встретились сами собой. Я тихо застонала, когда умелый язык скользнул мне в рот, изучая и поддразнивая. Нашла в себе силы слегка оттолкнуть Ибрагима.
-Не сейчас…
С этими словами я поправила волосы, чтобы они лежали в художественном беспорядке, и вышла из покоев, оставив его размышлять над моими последними словами. Да мне и самой было нелишним подумать, как быть дальше. Тело рвалось к одному человеку, обладал им другой, а душа не принадлежала никому.
И от этого было горько, досадно и противно. Ведь ты же не любишь меня, Ибрагим? А мне так важно, так чертовски важно, чтобы меня любили!
Толкнув дверь в покои Сулеймана, я предстала перед своим Повелителем покорная и готовая услужить. В душе же бушевала буря.
Конец II части.
Глава 31, в которой НАКОНЕЦ-ТО есть секс
Часть III. Влюбленная Султанша.
Дверь в мои покои тихо отворилась. Я бесшумно приподнялась на локтях! Ибрагим… пришел, сумел, вырвался…
-Я ждала тебя, любимый, — с этими словами я поднялась с постели, распуская тонкие завязочки роскошной ночной рубашки. Она спала с меня, обнажая подготовленное к его приходу тело. Ибрагим окинул меня восхищенным взглядом и крепко прижал к себе.