Сергей.
- Пап, ты сдурел?!
- Ну во-первых не папа, а Николай Михайлович, мы на работе все-же. Во-вторых, Сергей Николаевич, соблюдайте субординацию и придерживайтесь делового стиля в общении. И в-третьих, в чем же я по Вашему сдурел?
- Ты лягушку в отпуск отпустил!
- Кого?
- Семёнову из моего экипажа!
- Аа, Тиночку! Ну да, отпустил. На девчонку уже смотреть страшно. Худая, уставшая. Да и бабка ее мне всю плешь проела. Полторы недели мне названивает и на мозг капает. Мол осталось ей жить два понедельника и уж очень перед смертью хочется внученьку любимую повидать.
- А, ну если так, то конечно…
- Да эта ба… женщина живее всех живых и нас еще всех переживет. А на девчонку действительно смотреть страшно. Вы вот все зимой с гриппом свалились, а она в трех экипажах подменным бортпроводником была, из рейса в рейс моталась. Выходных те полтора месяца и не было почти у неё. Заслужила в общем, пусть отдохнет. А вам я на подмену Людмилу Мошкину поставлю. Полетает с вами месяцок и Кузнецов отдохнет от нее заодно.
- Хотите сказать, что Вы, Николай Михайлович, Семенову на месяц отпустили?
- Пришлось. Бабку ее уж очень злить не хотелось. Ты же знаешь, что они с твоей бабулей с юношеских лет дружат. Чуешь чем "пахнет"? - я молча кивнул. - Вооот и я о том же. Пусть отдыхает девочка, бабушке на радость.
- Ну а Мошкину то за что нам? Других, что нет что-ли? Кузнецова тебе жалко, а меня не жалко? Ты же знаешь, что эта рыбка-прилипала…. Да у меня Сенька в прошлом году готов был ее из самолета высадить на высоте в десять тысяч, без парашюта причем, а сам за нее в салоне поработать! Только лишь бы ее больше не видеть.
- Что ж вы все от нее как от чумной то…
- Да она и есть чумная! На нее то жалобы от пассажиров по обслуживанию, то жалобы от экипажа по работе. Ей говоришь, а она глазами хлопает будто не понимает. А еще, любит она свою личную жизнь прям в полете начать устраивать.
- Ну границу дозволенного то не переходит.
- Не переходит, только мужики слюной захлебываются, а эта стер…. сотрудница опять взгляд потупит типа "Я что? Я ничего, они сами".
- И ты давишься?
- Я? Нееет! Мне и выкрутасов лягуш… Семеновой хватает.
- Когда вы уже с Тиной успокоитесь? Взрослые же люди. Чего не поделили? Вы в детстве себя так не вели. Какая такая черная кошка между вами пробежала? Скоро три года как в одном экипаже летаете, а все ни как не притретесь?
- Очень много вопросов Вы, Николай Михайлович, задаёте. Это к работе не относится, а обсуждать свою личную жизнь с руководством, в мои должностные обязанности не входит. - я был на взводе. Вздумалось родителю мне нотацию прочитать. Только ведь не маленький я уже.
- О как Вы, Сергей Николаевич, заговорили. Видать за живое я задел. Аж пар из ушей валит. И что же я такого сказал, что довело Вас до бешенства? Четвертый десяток а все никак……
Далее я уже не слышал. Быстро выходя из кабинета отца я громко хлопнул дверью.
"Надо найти эту лягушку, и высказать ей все. Вот это "чудо", стоит такая вся довольная и мило беседует с Сеней и Светой. Ну сейчас я ей! "
Глава 2. "Эх, дорога дальняя".
Два часа полета тянулись очень долго. Когда я на работе, то время в рейсе летит намного быстрее. Там то рассадка пассажиров, то взлет, то инструктаж, то напитки, то обед, потом посадка. В общем весь рейс ты занят, нет ни одной свободной минуточки. А тут сиди и смотри в иллюминатор. Надо было хоть наушники взять, да музыку послушать. Не подумала, старею видать.
.... просьба пристегнуть ремни безопасности, мы приступаем к посадке. - голос стюарта вернул меня к реальности.
- Ну наконец - то, ползли как-будто улитка на брюхе! А нет, улитки и то быстрее. - сидящий справа через проход от меня мужчина посмотрел так, как-будто я только что пыталась его убить.
"Ой, я видимо про улиток вслух сказала и к тому же очень громко".
- Боюсь летать. - пояснила я ему.
Лучше спишу все на страх, а то подумает, что я и ненормальная."
- Боже, я перестаю себя контролировать, а ведь отпуск только начался!