Дэн даже глазом не моргнул. Лишь, чуть разжав пальцы, неторопливо поцеловал мне руку и как ни в чем не бывало откланялся:
— Всего доброго. Было приятно окунуться в прохладную свежесть этого дома после знойного дыхания города. До встречи в среду. Я заеду к десяти.
Прохладная свежесть? Я слова вставить не успела, как он развернулся и ушел. Юлька сзади шумно вздохнула:
— Вот скажите мне, ну почему вам все руки целуют, а мне никто?
— Кто — все? — поинтересовалась Оксана.
— Ну, Николай Андреевич, вот и этот теперь.
— Станешь директором, будут тебе руки целовать, — пообещала заместитель по науке.
— Идемте? — наконец отмерла я. Сердце просилось бежать вслед за Дэном.
— Ты, Мария Анатольевна, себя пока в порядок приведи, подкрасься там, причешись… А я дам отмашку начинать. — Небрежный тон вкупе с выразительным взглядом дали мне понять, что Оксана — это тебе не простушка Юля, и замечает она намного больше.
Первое, на что я обратила внимание, войдя в зал, где проводилось мероприятие, — та самая прохладная свежесть, упомянутая королем. И убейте меня, не вентиляторы ее обеспечили. Просигналив девчонкам, чтобы убирали их, я отправилась поздравлять виновника торжества.
Насколько мне раньше нравилась вот эта атмосфера торжественных мероприятий, настолько я в последние годы стала к ней равнодушна, даже на грани неприязни. Редко когда удается перемолвиться нарой слов с интересными людьми. А терять время, выслушивая пафосные речи по несколько часов кряду… Вот смотрю на всю эту публику и думаю: есть ли здесь хоть один человек, улыбающийся искренне? Кругом маски, подобные моей собственной. Даже музыкальные номера не всегда размораживают публику. А поют здорово! Когда-то и я так могла. Знакомый спазм в горле стал ответом на воспоминания. Этого не хватало. Мне еще сегодня говорить и говорить.
И все же презентация принесла сюрпризы. Хвалебные речи текли рекой. Я в числе прочих поздравила автора, получив от пего причитающиеся библиотеке экземпляры новой краеведческой книги. А потом он взял ответное слово. Благодарил друзей за поддержку и особо — спонсора, оказавшего помощь в издании книги. Господина Иванова. Я, стоявшая у дверей в зал, вскинулась. Рефлекс на фамилию. Дэн и здесь успел? Вот откуда у него пригласительный. Он все же остался? А почему я его в зале не видела? Но к товарищам автора, стоящим перед зрителями, вышел незнакомый мне человек. Мужчина назвался представителем спонсора, пообещал передать ему благодарственную грамоту мэра и книгу с автографом, а врученные цветы — цитирую: «…господин Иванов просил подарить очаровательной хозяйке библиотеки». То есть мне. Какие были глаза у Юльки, когда он с поцелуем руки передавал мне букет, думаю, можно не уточнять.
Спровадив гостей, я еще раз похвалила себя за смелость и принципиальность (с фуршетом это мероприятие затянулось бы до вечера, а так все в темпе рванули в какой-то ресторан) и решила, что можно быть свободной. Хватит на сегодня работать. Поколебавшись, к кому из девчонок заехать, набрала Маринку. А та сообщила, что они у Наташки, — зашли с праздника передохнуть. Юбилей города же, везде увеселения. Вечером будет салют. Сообразив, что могу и вообще никого не застать, велела дождаться меня и направилась к ним. Ура-ура, библиотечная машина вернулась из ремонта, так что доехала я с комфортом.
— Что-то случилось? — внимательно взглянула на меня Наташка, открыв дверь.
— Дэн приехал, — как можно тише ответила я.
Минута молчания в исполнении подруги заставила занервничать.
— Так. Ну что, народ, — оглянулась она наконец. — Прямая дорога вам в детский городок.
Многоголосый визг «Урраа!» прокатился по комнате.
— Не понял, — в напрасной надежде перекричать детей подошел Юрка.
— Потом поймешь. Папаши вы опытные, справитесь вдвоем, — заявила Наташка.
Три пары недоумевающих глаз уставились на нее. Наташка шепнула на ухо Маринке, та переглянулась с мужем, и уже через десять минут шумная компания очистила помещение.
— Ну, рассказывай, — усадили меня подруги.
— Даже не знаю, с чего начать. Пришел в библиотеку. Он нам сканер подарил, именно такой, который нужен для ветхой литературы. Жутко дорогая вещь, почти два миллиона стоит. Я же лет пять уже бегаю со своей программой по оцифровке редких книг. Их в обычный сканер не запихаешь, специальное оборудование нужно. Мне все в голос твердят — денег нет. А тут раз! — и само сбылось. Я сейчас начинаю понимать… Черт! Если вся моя карьера — его рук дело, убью!