Он резко прижал меня к себе, и принялся шептать:
– Вер-ра, если у вас когда нибудь будут проблемы, обратитесь ко мне, молю вас... Я понимаю, что вы не готовы к новым отношениям, да ещё так спонтанно, но... Простите, но я никогда не забуду вас. За эти несколько часов, вы покорили мое сердце. И это не какие-то слова жалкого человека, желавшего обладать, а слова человека, который безумно влюблен и сделает все ради любимой. Даже уйти.
Я сжала его руку, со словами:
– Я никогда не забуду, кто был рядом со мной в трудные минуты. Спасибо вам, Ивар.
Мужчина хотел меня поцеловать, но не осмелился. Горячими губами прижался к моей щеке и прошептал:
– Я не смогу смотреть вам в спину, глядя как вы уходите... Будет лучше если я уйду сейчас. Прощайте моя любимая подруга.
Не оборачиваясь он пошёл к выходу. Красивый силуэт постепенно исчезал, заставляя мое сердце обливаться кровью от несправедливости. Не стоило верить красивым, но потерявшим ценность, словам Максима..! Ох, что было бы если бы раньше я встретила Ивара?
С тяжелым сердцем я направилась на свой рейс.
***
Она не видела грустные и влюблённые глаза того, кто смотрел ей вслед... Она не знала, как обливалось кровью его сердце. До последнего он стоял и смотрел, хоть и понимал, что это не самое лучшее. Он не осмелился ехать за ней, слишком уважал, слишком любил... Слишком... Много слишком.
***
– Максим! Максим! Господи, сыночек!
Женщина подбежала к мужчине, который начал оседать на пол. Девушка, которая находилась рядом, не теряясь позвонила в больницу, на ходу встречаясь с глазами несостоявшейся свекрови.
Максима положили в больницу. Ишемический инсульт. Женщина ни на минуту не отходила от сына, виня себя в глупости. Перед ударом, мужчина успел прохрипеть:
– Вера... Позвони Вере, ма-ма...
Она безумно любила сына, желала для него всего самого лучшего, но... Девушка ей не нравилась. Да и не подходила она её сыну. Ему нужна утончённая, юная и красивая, как Лора. Но глядя в налитые кровью, глаза сына, женщина засомневалась. А верно ли она делает?
Слезы застилали глаза бедной женщины, она крепко сжимала ладонь сына, боясь отпустить и потерять его навечно.
Знала бы она....
***
Мне не понравились итоги продажи наших товаров. Слишком подозрительные цифры сверкают, но все сходилось. Все было верно, но что-то меня не устраивало. Я решила вызвать Беренцову.
Девушка насмешливо смотрела на меня, что мне сразу не понравилось. Я старалась не обращать на нее внимания, но меня сбили с толку её слова:
– Что? Не вышло, да? Облом на личном фронте?
Я обернулась к Алёне, и хмуро слушала ее:
– Как ты со мной разговариваешь, Беренцова. Забыла кто перед тобой? Напомнить?
Девушка быстро стушевалась, но решила действовать до конца. Она нагло уперлась руками в бока и прошипела:
– Ваша прекрасная история любви закончилась очень драматично, правда?
Я резко поднялась и бросила документы на стол. Не хватало мне ещё чтоб на работе все подчинённые обсуждали мою личную жизнь. Алену я знала давно. Бывшая пассия Максима. Очень умная женщина, точнее была ею.
– Ты что несëшь, Беренцова? Захотела по собственному? - я мигом остудила её пыл, но понимала, что надолго закрывать ей рот не смогу. – Если такое что-нибудь повторится, или кто-нибудь, да хоть кто, заговорит об этом, голова полетит твоя. Учти это, Алена. И если ты думаешь, что уйдешь красиво, то знай, я так попорчу твое письмо, что никто и никогда не возьмет на работу, наркоманку и истеричку.
Алена ненавистно смотрела на меня, но перечить не посмела. Она понимала, что я могу. Мне нечего терять.
– А теперь свободна.
Женщина нервно пошла к двери, но не вышла. Она продолжала испепелять меня взглядом, подняв голову и рыкнула:
– Пошла вон!
Её как ветром сдуло.
Внезапно мои вески закололо, я хватилась за них и слегка помассировала. Достав телефон, поняла что мне звонят. Ах да, он же на беззвучке лежит. Не взглянув на имя собеседника, произнесла:
– Слушаю.
***
Взяла бокал в руку и принялась разглядывать его. Красивая, расслабляющая обстановка, дорогое и популярное меню, роскошная мебель и красивый спутник. Ресторан был очень дорогим. Обычно такие места я не посещала, но бывать приходилось.
Я взглянула на Артема, и поняла что тот все время смотрит на меня. Меня всегда это раздражало. Он всегда смотрел на меня, не как на человека, способного устать и желать отдыха. Он будто видел не меня, а какого-то кумира или бога.
– Как дела на работе? – тихо спросил мужчина, хватая вилкой маленький кусок мяса и притягивая ко рту. При этом он не сводил с меня глаз. Официант, тихо разливал вино по бокалам и вообще не слушал нас.