Gloria in excelsis Deo et in terra
pax hominibus bonae voluntatis.
Laudamus te, benedicimus te, adoramus te,
glorrflcamus te, gratias agimus tibi...
Когда он умолк, некоторое время в доме царила тишина. Однако недолго. Прислушавшийся в благоговении к его хорошо поставленному молодому баритону владелец ружья опустил, наконец, свое оружие, и, шагнув вперед, взял Хесса за плечо.
- Клянусь Всевышним, парень, откуда ты... а, неважно. Ты заслужил еду и постель для всех вас! Пойдем с нами, ребята!
***
Смысла отказываться не было. Джонни, Механику и Рика повели через тот же лаз под половиком. Лаз привел хозяев фермы призраков и их гостей в обширный земляной погреб с дверью в его дальнем конце. У двери дежурили молодые парень и девушка с ружьями в руках. Миновав и эту дверь, и некоторое время проспускавшись вниз по земляному коридору, они пришли в огромную, хорошо освещенную пещеру.
- Обалдеть можно, - пробормотал Рик, окидывая взглядом земляные своды, поросшие фосфорицирующими грибами, несколько загонов с двумя-тремя жирными коровами и множество деревянных шалашей и загородок, наподобие скотьих, только в рост человека и уставленных разнообразной утварью. Увиденное напоминало подземный город, точнее, поселок. Между "домами" шумно играли дети, ходили взрослые, многие с садовым инвентарем. Шныряющие собаки не обращали на пришельцев внимания.
- Мы тут с самой войны, - не дожидаясь расспросов, пояснил обладатель ружья. - Потомки семей военных полицейских, знавших о часе икс, и вовремя подсуетившихся с укрытием. Сначала выращивали, что надо, здесь, потом нас стало слишком много, и мы стали потихоньку выбираться на поверхность. Да и... появилась потребность в обмене. Репу на себя не натянешь, а лен и хлопок тут не растут...
Разговаривая таким образом, они дошли до пустующего деревянного шалаша у самой стены пещеры. Внутри обнаружились несколько старых матрасов и даже одна подушка, не очень чистая, но и не такая грязная, какой могла бы быть. Обладатель ружья сделал приглашающий жест рукой.
- Можете ночевать здесь. Никто вас не тронет, если не станете баловаться. Жратву сейчас принесут. Парень, - он придержал за плечо шагнувшего было внутрь Хесса. - Ты иди с нами.
Рика и Механику оставили одних. Так и не представившийся мужик с ружьем сдержал слово - через некоторое время две молодые женщины в сопровождении вооруженного парня доставили по подносу с дымящейся вареной картошкой, салатом из не известной ни Рику, ни Механике травы, кусками жареного стейка со свежим хлебом, и даже миской с маринованными явно пещерными грибами.
- Озеро прямо за вашей палаткой, - не хмуро, но несколько напряженно пояснил парень, помогая женщинам сгружать снедь перед изумленными гостями. - Оно чистое, можете пить... или купаться. Только не купайтесь там, где пьете. Там, дальше, две купальни - мужская и женская, если захотите помыться. Не свинячьте.
- Постойте, - Механика поймала его за рукав, заставив нервно вздрогнуть. - А где свят... где тот парень, что был с нами? Джонни? Что вы с ним сделали?
- Ничего мы с ним не сделали, - парень нервно стряхнул ее руку. - Он сам... наш старый священник, отец Хулио, давно болен, и не проводит службы. Мы уже много месяцев не слышали ни одного из священных псалмов. Ваш друг вызвался помочь нам. Пустите, я тоже хочу пойти его послушать!
Механика разжала пальцы, и парень торопливо убежал куда-то за палатки. Девушка и порноактер посмотрели друг на друга.
- Сколько живу в этих гребаных пустошах, не перестаю удивляться, - Рик перевел плотоядный взгляд на еду. - Наши кишки не просто не намотали на колья, а кормят да еще устроили сольный гала-концерт этому беглому из долбанного Приюта. Целый подземный поселок святош! Хорошо, что я узнал заранее, и никого тут не попытался трахнуть.
Механика треснула его по рукам, которыми он потянулся к миске с грибами.
- Убери лапы! Дождемся Хесса. По-моему, этой жратвой мы обязаны его псалмам.
От возмущения у Райвена перехватило горло.
- Да он, может, до утра им будет петь!
Не договорив, Рик замолчал. Он внезапно осознал, что в пещере как будто бы стихли все звуки. Откуда-то издалека, сначала слабо, а потом все набирая силу, до них донеслись, как отголоски далекого, очень далекого прошлого, звуки церковных католических псалмов...