— Ещё в дороге, — ответила Дарина и повернулась к парню, почувствовав на себе его взгляд. Тот сразу же опустил глаза в пол.
— Понятно, — Бекки поджала губы, о чём-то задумавшись. Но встрепенувшись быстро продолжила. — Кстати — это Ульрик. Ульрик, это девушки из лагеря: Дарина, Ратиша и Кейко.
— А мы уже знакомы, — кокетливо улыбнулась Ратиша, чем немало удивила Бекки.
—Знакомы?
— Да, он подглядывал за нами через окно, — беззаботно отмахнулась девушка, — но это в прошлом, мы уже разобрались во всём.
Дарина снова посмотрела на парня. С тех пор как мальчишки рассказали, кто следил за ними, она задавалась вопросом, был ли Ульрик тем человеком, что наблюдал за ней в душе. Она постоянно воскрешала в памяти ту ночь, и стала приходить к выводу, что это был кто-то другой, более крупный и менее высокий.
— Подглядывал? — гид явно не понимала о чём речь и чувствовала растерянность.
— Неважно, — махнула рукой египтянка, — но за это маленькое недоразумение мы с девчонками настаиваем на угощении.
Ратиша ловко взяла растерявшегося парня под локоть и потащила в сторону прилавка с фастфудом.
— Угости нас хот-догом и мы всё забудем.
Ульрик сдался под её напором, впрочем, как и большинство парней, не способные отказать восточной красавице.
Достав из кармана смятые купюры, он расплатился с продавцом. Тот принял заказ и стал ловко готовить четыре порции. Парень решил угостить и Бекки, на себя же денег ему не хватило.
Пока девушки ждали блюдо, местный стал сбоку от Дарины. Он нервничал, выкручивая себе пальцы. Но вскоре всё-таки решился заговорить. Тихо, но Ди всё равно расслышала его. Разговор явно не предназначался для чужих ушей. Ратиша, Кейко и Бекки что-то увлечённо обсуждали, и по обрывкам фраз, долетающим до старшей из близняшек, она поняла, что гид рассказывает девчонкам о сегодняшнем фестивале, что будет на ярмарке и что стоит посетить.
— Это не я подглядывал за вами в душе, — Дарина непроизвольно отметила, что голос у парня был приятным, низким, обволакивающим словно бархат.
— Надеюсь, — Ди ответила как можно односложнее, она не желала продолжать разговор со странным юношей и всё всматривалась в толпу, выискивая взглядом Демитриона. Они же должны были уже прийти, разве нет?
— Вы мне не верите? — парень не унимался, заставив девушку повернуться в его сторону.
— Слушай, Ульрик, так? Я не знаю, кто там был, но точно это не наши парни. Вывод напрашивается сам. Если это не ты, то какой-то местный извращенец с граблями.
Глаза парня расширились то ли от удивления, то ли от страха.
— Граблями?
— Да, такими маленькими, садовыми, — раздражённо ответила Дарина, снова осматривая площадь.
Молодой человек ненадолго задумался, и Ди уже решила, что разговор окончен, как парень осторожно коснулся её руки, заставив вздрогнуть.
— Что ты… — начала была девушка, но осеклась, поймав на себе ястребиный взгляд Ульрика, заставивший её замереть, как добыча пред хищником.
Вскоре он отпустил её, и девушка почувствовала в руке что-то гладкое, похожее на круг.
Опустив глаза, девушка увидела ветку рябины, завязанную в причудливый узелок.
— Что это?
— Просто носи это всегда с собой, — голос парня стал уверенным и непривычно строгим.
— Но что это?
— Ди, хот-доги готовы, иди сюда, — радостно воскликнула Кико, и Дарине ничего не оставалось делать как присоединиться к девчонкам.
Глава 15
Демитрион завершал шествующую группу, внимательно наблюдая за учениками, следующими за Джеки. Спортсменка хорошо ориентировалась в лесу, да это было и не сложно, одна единственная тропа вела прямиком в поселение. Бекки пришлось оставить их на полпути, когда какой-то паренёк, лет четырнадцати, нагнал группу на стареньком мопеде и сказал, что на празднике срочно требуется помощь девушки.
Особенного внимания преподавателя удостоился Карл, непривычно тихий и задумчивый. Конечно, потеряться в лесу, да ещё и ночью – это наложит свой отпечаток на любого. Но всё равно, что-то было не так в рыжем парнишке, но что, мужчина понять не мог.
А вот мысли о Дарине и её подружках Демитрион старательно отгонял от себя. После ссоры с девушкой они не перекинулись и парой слов, а то, что она поставила (уже не в первый раз) его, как учителя, а главное – мужчину, в невыгодное положение, сильно задевало.