— Карл? — хриплым голосом позвала Офелия. Последнее, что она помнила, это как следует за другом на местном празднике, дальше воспоминания обрывались, а на их месте была сплошная темнота.
— Она зовёт своих дружков, — раздался незнакомый взволнованный голос откуда-то сбоку.
— Кто здесь? — Офелия снова попыталась пошевелиться, но ничего не вышло.
— Тише ты! — отозвался другой, явно принадлежащий пожилому мужчине, скрипучий низкий тембр.
— Что если они придут за ней? — не унимался первый с нотками плохо скрываемой истерики.
— Никто не придёт, — на этот раз вмешалась женщина.
— Не придёт кто? — снова позвала Офелия, пытаясь понять, что происходит.
Показалась фигура, за ней ещё одна, и ещё. Все они были облачены в чёрные плащи с пышными капюшонами, закрывающими верхнюю часть лица. Кто-то вышел из-за деревянных балок, кто-то из-за тюков сена.
— Кто вы? — девушка дёрнулась, от чего верёвки больно впились в кожу, — почему… почему я связана?
— Делает вид, что не понимает, — неприятный сиплый голос раздался из-под очередного капюшона, скрывающего говорящего.
— Развяжите меня! — паника стала накрывать с головой. Девушка не понимала, что здесь происходит и от этого становилось ещё страшнее. Её что, похитили? — Что за дурацкий прикол?
Офелия надеялась, что это действительно была всего лишь плохая шутка, праздничный обряд посвящения или что-то в этом духе.
— Заткнись! — перед девушкой возникла невысокая женщина. Она смотрела каким-то диким, затравленным взглядом, белки её глаз были исполосованы красными прожилками капилляров, а губы искривлены, словно она вот-вот разрыдается. Рука незнакомки взметнулась вверх и со всей силы опустилась на щёку девушки. Голова дёрнулась в сторону, а левую сторону лица обдало огнём. Во рту почувствовался вкус железа.
— За что? — всхлипнула Офелия. — Что… что вам от меня нужно?
— Верни моего ребёнка, — взревела сумасшедшая, хватая горожанку за горло и перекрывая той подачу кислорода.
— Реббека, отпусти её, — двое мужчин схватили женщину за руки и, не без усилий, оттащили в сторону, — она нам нужна живой!
— Живой? — голос Офелии дрогнул от подступивших слёз. — Мои родители заплатят вам сколько нужно!
— Ты, мерзкое отродье, говори, куда твои дружки забирают наших детей? — перед девушкой встал мэр, не скрывая своего лица в отличие от остальных. Его глаза были наполнены ненавистью вперемешку с животным страхом.
— Каких детей? — девушка непонимающе осмотрела присутствующих. — О чём вы? Я не знаю ни о каких детях!
— Лжёшь, фейри, — выступила вперёд другая женщина.
— Ничего, сейчас она всё скажет, — со стороны послышался шорох, и какой-то мужчина прислонил раскалённую кочергу к боку девушки. Запахло палёным, а тело дёрнулось в ответ на мучительную боль, на коже вмиг выступили волдыри. Офелия истошно закричала.
Джеки
Джеки сделала несколько подходов и теперь, накупавшись вдоволь, сидела у костра, наслаждаясь его мерным потрескиванием. Дождь давно прекратился, и теперь небо было чистым, усыпанным яркими звёздами. Луна хорошо освещала местность, представляя лес и его окрестности, в другой, особой, мистической красоте.
Девушку не волновало, что она осталась одна, да ещё и ночью, так далеко от знакомых стен лагеря. Она по-настоящему наслаждалась. У неё даже возникла мысль переночевать здесь, прямо на поваленном дереве. Правда, это вряд ли понравится жителям близь стоящего городка. Хотя спортсменку мнение других особо не беспокоило. Если бы не назойливые комары, она даже не раздумывала бы.
В лесу послышался заразительный смех и чьё-то пение. Похоже местная молодёжь всё-таки решила продолжить свои гуляния. Спать совершенно не хотелось и Джеки, ведомая любопытством, пошла на голоса, огибая одно дерево за другим. У девушки даже возникла мысль присоединиться к ним.
Вскоре спортсменка достигла небольшой полянки, расчищенной по кругу прямо между деревьев. На ней плясали юноши и девушки, не переставая смеяться. Чуть в стороне пела другая стайка девушек, остальные присутствующие хлопали в ладони, покачиваясь в такт музыке. Одеяния каждого были украшены цветами и пестрили своим разнообразием.