— Мда… Ситуация дрянь, — пробормотал Андрей. — Скинь номера её друзей. Я пробью, кто они и где были. Может, и вправду не в курсе… А может, прикрывают.
— Нам нужно найти её первыми! — голос дрожал от ярости. — Боюсь, если эти ублюдки доберутся до неё раньше… Даже думать не хочу…
Внутри всё кипело: гнев смешивался с досадой. *Как я позволил ей уйти?* В висках стучало одно: *Где ты, Катя?*
— Брат, успокойся, — голос Андрея звучал как попытка усмирить шторм. — Всё будет хорошо. Дай мне три часа — предоставлю информацию. А пока попробуй отдохнуть.
— Отдыхать? — я хмыкнул, впиваясь пальцами в руль. — Не могу, пока не знаю, где она.
— Скоро узнаем, — бросил безопасник. — Всё, иду добывать инфу. До связи.
— До связи… — пробормотал я, швырнув телефон на пассажирское сиденье.
Глава 11 Катя
Помыв посуду, я начала готовить суп. Нарезав овощи и обжарив их на сковороде, я переложила их в кастрюлю. Добавила фрикадельки и, помешивая ложкой, задумалась.
Внутри меня было какое-то беспокойство.
«Интересно, как там мама с папой? Наверное, злятся… Но что сделано, то сделано. И как Илья отреагировал на мой побег? Надеюсь, он не навредил им…»
— так, все хорошо , это нужно отпустить , он не показался мне заноем , а вот его дядя.. - я говорила сама с собой.. и это меня хоть как то успокаивало .- нужно приготовить бутылочку для Евы , она скоро проснется .- именно приготовление еды для малышки меня уводила от любых мыслей и довело мне спокойствие . Когда бутылочка была готова . Я услышана плачь из другой комнаты - как вовремя - сказав это , я взяла бутылочку и отправилась в комнату .
Ева встретила меня взглядом, в котором смешались ярость и беспомощность — ее слезы катились по щекам жемчужными дорожками, а крошечные ноготки впивались в воздух, будто она рвала невидимые сети.
Положив аккуратно бутылочку я зала малышку на руки .Сев с ней на кровать , я облокотилась на спинку кровати и подтянула к себе бутылочку .
Ева упрямо мотала головой, выгибалась дугой, ее губы сжимались в недовольную складку, словно бутылочка была наполнена чем-то горьким, а не теплой ванильной смесью.
-Тише-тише, солнышко, — я прижала ее чуть выше, чтобы затылок лег в сгиб локтя, а пальцы свободной руки прикрыли ее ладонь, — давай договоримся: три глотка, и я покажу тебе новую погремушку ...
Капля смеси упала ей на язык — малышка сморщилась, но инстинкт пересилил: ее ротик наконец захватил соску, хотя кулачки продолжали сжимать мою футболку, как якорь безопасности.
Она сосала прерывисто, с хлюпающими звуками, будто сердилась на собственную голодную слабость. Я ловила ритм: когда ее брови сдвигались, а веки начинали дрожать, слегка наклоня бутылочку вниз, давая передышку.
–Вот так, умничка, — шептала я, проводя мизинцем по ее виску, где пульсировала тонкая вена, — видишь, не страшно же.
К середине бутылочки она уже не пила, а скорее жевала резиновый сосок, закатывая глаза от усталости. Я приподняла ее вертикально, чувствуя, как крошечный подбородок упирается мне в ключицу.
-Покажи, что там внутри, — легонько похлопала по спинке, — а то будешь потом ворочаться, как дракончик. Отрыжка вырвалась громче, чем ожидалось — Ева вздрогнула, широко раскрыла глаза, и мы обе рассмеялись синхронно, словно это был лучший анекдот в мире.
Но смех быстро сменился новым витком капризов: она выплюнула сосок, брыкаясь ногами, будто пыталась сбежать с поля боя.
-так , давай посмотрим в окошко ?— аккуратно встав вместе с малышкой , мы подошли к окну , где в это время падал снег.
— Смотри, как красиво падают снежинки ! Ее взгляд зацепился за движение за стеклом, а я тем временем подменила бутылочку — поднесла к ее губам не сосок, а свой мизинец, смазанный смесью. Инстинктивное сосание сработало: пока она облизывала палец, я успела вновь вложить ей в рот резиновую соску. Но это было не на долго … 2 глотка и все …
Ева отвернулась от бутылочки, будто та стала вдруг горькой, а ее обычно алые щечки побледнели, оттененные синевой под глазами. Я прижала ладонь к ее лбу — не горячо, но чуть влажно, как будто она только что вынырнула из невидимого озера страха.
-Дай посмотрим, где болит, — прошептала я, укладывая ее на кровать.Мои пальцы, будто сканеры, осторожно прощупали ее животик: не твердый, но слегка вздутый, как воздушный шарик, готовый лопнуть от тихого хлопка.