Постояв в этой небольшой толпе, я не заметила, как подъехал автобус. Мы с Антоном зашли последними, оплатили билеты и сели на задние места.
— Катя, попробуй отдохнуть, немного поспать. Тебе нужны силы.
— Хорошая мысль, — улыбнувшись, ответила я. Как только прислонилась к окну, сразу уснула.
Но долго поспать не удалось… На весь салон автобуса раздавался плач ребенка. Я повернулась на звук. Слева от нас, на нашем ряду, сидела та самая девушка с малышом. На вид она была очень молодой и пыталась успокоить кричащего ребенка, но у нее плохо получалось.
— Извините, вам помочь? — слабо улыбнувшись, спросила я.
Девушка подняла взгляд, и я увидела глаза, полные слез.
— Боже, она сама ребенок… Интересно, сколько ей лет?
— Простите, я… я не знаю, что мне делать. Ева плачет и плачет… Я ужасная мать… — И девушка сама начала плакать.
— Антон, давай поменяемся местами. Парень молча выполнил мою просьбу .
— Очень приятно, я Катя.
— Вы, наверное, домой едете? — начала разговор я.
— Почти… Я не знаю, где мой дом… Я сбежала от родителей. Они хотели отдать Евку в детский дом. Им лишний рот не нужен. Они пьют, а я раньше работала и деньги в дом приносила. Но с появлением Евы работать не могу, вот они и решили от нее избавиться. — Девушка снова начала плакать.
— Ужас… Не плачь, ребенок чувствует, что тебе плохо, вот и сама плачет, — пытаясь ободрить, сказала я.
— Правда? — взволнованно спросила она. — Я и не знала… По правде, я не знаю, куда еду. Просто подальше отсюда.
— Давай я тебе помогу. Ей, наверное, жарко. В автобусе тепло, расстегни ей комбинезон.
Настя кивнула и расстегнула комбинезон малышки, вытащила ее и прижала к себе. Ребенок перестал плакать.
— Спасибо, успокоилась, — улыбнулась девушка и поцеловала нежный комочек в голову.
Эта картина умиляла.
— Через тридцать минут будет остановка. Сможете купить поесть и сходить в туалет, — крикнул водитель.
— Сколько тебе лет? — спросила я у Насти.
Покраснев, девушка ответила:
— Семнадцать. А тебе?
— Восемнадцать, — ответила я и добавила: — А ты Еву когда кормила? Может, она кушать хочет? — И посмотрела на ребенка.
— Последнюю бутылочку дочка съела три часа назад. Скоро захочет, но еды нет… У меня ничего нет. Я никудышная мать… — И она снова начала плакать. Малышка на руках стала ворочаться.
— Ну-ну, успокойся. Сейчас будет остановка, может, в магазине найдется смесь или молоко.
Лицо Насти стало еще грустнее.
— У меня денег хватило только на билет и на бутылку воды, — грустно сказала она, глядя в окно.
— Ничего страшного, я помогу, куплю. Тебе негде остановиться в городе, я так поняла?
— Спасибо, но мне так неудобно… Да, негде, — с печалью ответила девушка.
— У меня есть к тебе предложение. Я еду на дачу. Давай, вы присоединитесь. Я не представляю, куда вы пойдете. Я тоже не в очень хорошей ситуации, так что будем помогать друг другу, — улыбнувшись, сказала я.
— Правда? — взволнованно спросила Настя. — Мне все равно неудобно, но надо думать о Еве. Так что я согласна. Я могу по дому помогать, не буду сидеть без дела.
Лицо молодой мамы озарилось.
— Вот и отлично, договорились, — улыбнувшись, сказала я.
Глава 6 Предатель
Эти тридцать минут прошли довольно быстро. Пересев ближе к Насте, мы говорили обо всем. Под наши разговоры уснула и малышка.
Водитель объявил название остановки и сказал, что у нас есть двадцать минут. Антон предложил сам сходить в магазин за всем необходимым, а нам сказал прогуляться, размять ноги и чтобы самая маленькая спутница подышала свежим воздухом.
Первой диалог начала Настя. Неся в правой руке люльку и осторожно делая шаг вперед, она сказала:
— Я правда не могла поверить, что встречу таких добрых людей, как вы.
Ее губы задрожали, и из глаз потекли слезы. Обняв девушку и посмотрев на спящего ребенка, я ответила:
— Успокойся, все хорошо. Все должны друг другу помогать. Мне страшно представить, что было бы, если бы мы с тобой не познакомились. Ты можешь не переживать, мы едем в надежное место, где вас никто не побеспокоит.
Настя в ответ улыбнулась и спросила:
— А ты от чего бежишь? Прости, если я обижаю тебя, просто… ты знаешь мою… эээ… нашу историю с Евой, а мы твою — нет. Но я пойму, если ты против. И не обижусь.