За окном замелькали дома и тут же снова потянулись поля — они проскочили то ли какой-то городок, то ли посёлок. Вадим даже не заметил указателя — впрочем, на такой скорости всё равно невозможно было бы что-то прочитать. Он подумал, что, может, оно и к лучшему, раз тот человек может видеть то, что видит он.
Снова показались дома и на этот раз, въехав в город, Сергей сбросил скорость и Вадим отвернулся от окна, чтобы в глаза не бросилось какое-нибудь название. Уж лучше ему не знать этого. Машина покружила немного по улицам и остановилась. Максим легонько тронул Вадима за плечо.
— Выходим.
— А что это?
— Гостиница. — Приподнявшись было с сиденья, Максим упал обратно. — Мать их..! У меня ж ничего нет, ни паспорта, вообще ничего.
Он перевёл вопросительный взгляд на Вадима и тот отрицательно покачал головой.
— Ты хочешь сказать, нам не будут рады? — хмыкнул Сергей.
— Я хочу сказать, что если на нашу троицу посмотреть — сразу захочется вызвать и милицию, и МЧС, и санитаров с носилками.
— Да ладно, Макс! Ты хоть просто на бандита похож, а вот я весь в крови и в простреленном пиджаке.
— Почему это на бандита?
— Ну спрячь пистолет, и не будешь похож.
— Ой, ёлки… Спасибо, напомнил. — Максим снова заткнул пистолет за ремень на спине. — Кстати, как их, вообще, носят? Чёрт знает что, полстраны же со стволами ходит, хоть бы ликбез какой организовали для начинающих. — Он помолчал, глядя в окно на гостиницу. — Ладно, что делать будем? Сергей, ты так лихо прошёл в «Магриб», может, и здесь сможешь как-нибудь нас зарегистрировать? Отдохнуть надо немного, а то просто сломаемся.
— Одно дело просто на ходу пустить пыль в глаза, а тут же говорить что-то надо… — Он вздохнул. — Ну ладно, давай попробуем. Ты знаешь, Макс, что бы я ни творил, но только с тобой в паре я ощущаю себя настоящим аферистом!
— Ты ещё скажи, что я плохо на тебя влияю!
Все трое выбрались из машины и направились к крыльцу.
— Макс, давай договоримся, если у меня не получится их убедить, то ты достанешь пистолет и…
Максим, не дожидаясь продолжения, толкнул его в плечо и оба расхохотались.
Уже в дверях Вадим обернулся и бросил взгляд на машину — колёса действительно были разбитыми, она не могла ездить. Но они на ней ехали, причем ехали со скоростью, которой она не смогла бы развить, если б даже была исправной. Ему вспомнилась напугавшая его когда-то в детстве сказка о Колеснице смерти — чёрной карете, запряжённой вороными конями с огненными глазами, и управляемой возницей без головы. Карете, которая являлась за людьми, увозя их души в ад. Значит, не сказка… не совсем сказка. Только в реальности не было никаких вороных коней, а роль чёрной кареты выполнял невзрачный «Фольксваген», за рулём которого сидел самый обычный на первый взгляд человек, предлагающий подвезти припозднившихся пассажиров за небольшую плату. Только в этом «Фольксвагене» не было зеркал, а его водитель был мёртв.
Войдя, он увидел Максима и Сергея, разговаривающих с администраторшей, как казалось со стороны — почти увлечённо. Сергей улыбался ей и, казалось, женщина не замечает ни засохшей крови на его лице, ни разорванной пулями одежды, кокетливо улыбаясь в ответ.
Наконец оба отошли и Максим, обернувшись, махнул Вадиму рукой.
Они поднялись на второй этаж и Максим отпер нужную дверь.
— Один номер на троих, боже мой…
— А ты хотел одноместный люкс с ванной и без тараканов? — фыркнул Сергей.
— Кстати, о ванне. Интересно, у них тут хоть душ есть? Или уж не заморачиваться раньше времени? В морге меня и помоют, и побреют, и даже макияж наложат.
— Фу, Макс, какой же ты…
— Знаю, знаю! Какой я грубый.
— Слушай, а макияж-то тебе зачем?
— Хочу лежать в гробу красивым.
— А я думал, что при некрофилии покойник — пассивная сторона.
— Тьфу на тебя! Покойникам всегда делают макияж перед процедурой прощания с родственниками. Чтобы труп было не противно целовать.
— Что? — расхохотался Сергей. — Это же не морг, а дом свиданий!
— Ладно, ты ещё лекций по сексуальным патологиям не слушал. Я имею в виду всё с приставкой «некро». Очень богатая тема!
— Макс, просвети! Это может сильно разнообразить моё существование.
— Пожалуйста, перестаньте!
Максим и Сергей разом прекратили смеяться и повернули головы к Вадиму.
— Боже… Вадим, извини! — Максим выглядел искренне расстроенным. — Не знаю, что меня понесло. Извини.
— Вадим, это я виноват! — вмешался Сергей. — Понимаешь, есть вещи, над которыми или смеяться, или плакать. Мы решили, что первое лучше и немного увлеклись.