- Если бы ты того желала, давно бы уже с десяток деток нянчила. Значит, замуж не хочешь, нравится тебе твое житье-бытье. Так чего тогда переживать? Жизнь-то она важнее слухов. Разве ты еще не поняла, Марьяна? Ведьма тебя последней жертвой объявила.
Снова забыл про отчество, но напоминать я не стала. Так и застыла со свечой в руке, пытаясь осознать до конца то, что сейчас впервые было произнесено вслух. Раз он тоже послания так расценил, значит, мне не показалось. Со мной играют в смертельные прятки.
Все это время Охотник аккуратно расстилал на лавке одеяло и взбивал примявшуюся подушку. Оглянулся:
- Отвернись, я разденусь. Не люблю в штанах спать.
Глава 30. Утро вечера мудренее
Я, конечно, отвернулась, как подобает приличной девушке, и даже одеялом по самую макушку накрылась. В голове почему-то всплыла фраза, брошенная самим Охотником: «Что ж теперь, с каждого мужика в деревне портки спускать?»
Он сказал это, когда мы обсуждали особые приметы волколаков, но тогда я не обратила особого внимания на содержание этих слов. А вот сейчас подумалось: откуда Ярослав знает, что нужно спускать именно портки? Почему не «задирать рубашку» или «закатывать рукав»? Ведь родимое пятно может быть на любой части тела. Или это было просто для красного словца?
Я вздохнула: наверняка княжеский Охотник знает намного больше, чем рассказывает. Вот только вытянуть из него сведения, если он сам не хочет ими поделиться, совершенно невозможно. Никакие клещи не помогут!
- Спи, вздыхательница, – голос Ярослава был хрипловатым, будто он уже успел задремать, – и вытащи голову из-под одеяла, а то задохнешься. Я давно накрылся, нечем больше смущать твою добродетель.
Фыркнула, но послушалась. И правда дышать нечем.
Потревоженный моими телодвижениями Князь проснулся и тоже высунул голову из-под одеяла. Прищурился сонно, оглядывая темную избу, а затем решительно вылез из-под одеяла и спрыгнул с полатей. Мягкие лапки тихонько стукнулись об пол.
- Ты куда? – я попыталась было ухватить кота за хвост, но не преуспела.
- Сегодня со мной поспит, – сообщили мне с соседней лавки. Послышалась какая-то возня, шорохи, а потом по избе разлилось тихое довольное урчание. Мурчит для чужака?!
Нет, это уже ни в какие ворота не лезет! Завтра Князь может даже не рассчитывать, что я ему побольше сметанки положу.
Несмотря на все пережитое за день, уснула я почти мгновенно. Раз – и темнота накрыла! Даже не снилось ничего – ни хорошего, ни плохого. А проснулась от непривычных домашних звуков: тихого разговора, звяканья посуды и… шорканья веника по полу?!
Сон тут же как рукой сняло. Я села в постели, глаза протерла и окончательно убедилась в том, что слух меня не подводит. Подметает! Это мой незваный гость так намекает, что в доме грязно? От такой бесцеремонности осерчала я всерьез, сразу в наступление пошла:
- Вчера и мелось, и мылось! Ни пылинки не было до твоего прихода!
- Знаю, хозяйка, не серчай, – Охотник уже успел одеться, и теперь старательно заметал что-то в совок. – Это ко… я чашку случайно разбил.
Та-а-ак, уже и защищает моего проказника. Совсем спелись!
Я задернула занавеску около полатей, порадовавшись, что как-то давным-давно приделала ее. Когда одна живешь, стесняться некого, я уж и снять ее хотела, а тут гляди-ка – пригодилась! Переоделась быстро, расчесалась, косу переплела.
Выхожу – и вижу прелестную картину: Ярослав и Князь сидят рядком на лавке и дружно завтракают. У одного тарелка с творогом, у другого – миска. И третья порция около моего места стоит.
- Извини, не дождались тебя, – мазнул по мне взглядом, и тут же обратно в тарелку уткнулся, – присоединяйся, когда умоешься.
Если бы я умела превращать людей в снежные сугробы, Охотник бы сейчас точно ледыхой обернулся. Глядите, как обжился за одну ночь!
Ледяная вода остудила мой гнев. Забывшись, я даже пофыркала немного от удовольствия. Как все-таки хорошо утром холодной водичкой освежиться!
- Ты похожа на маленького ослика, – донеслось до меня из избы, – кстати, и характером тоже!
Пришлось умыться еще разок. От греха подальше.
Вплыла в дом аки пава, и не скажешь, что о смертоубийстве минуту назад подумывала. Улыбнулась даже:
- Как спалось на новом месте?
Охотник облизал ложку и аккуратно положил ее в пустую миску.
- Спасибо, хорошо. Правда, лавка жестковата. Вечером принесу еще одно одеяло.
Я аккуратно поставила взятую было чашку с чаем обратно на блюдце, поправила загнувшийся угол скатерти, и подняла на сидящего напротив мужчину глаза: