Если предположить, что Охотник и есть наш зверь-убийца, то какова его цель? Волколаки не убивают людей просто так, ради удовольствия. Или убивают?
А ведь про ведьминский ритуал омоложения мне рассказал именно Ярослав! Мог ли он специально солгать, чтобы пустить по ложному следу? Еще Ярослав утверждал, что не родился оборотнем, а был обращен ведьмой. Но где та ведьма? И правда ли, что он ей больше не подчиняется?
Я с досадой помотала головой. Нет, так я до истины не докопаюсь! Нужно как-то упорядочить свои разлетающиеся мысли. Кинулась к полкам, схватила бумагу с пером и начала лихорадочно записывать.
Первое: Ярослав с самого начала всем нам лгал. Кто он такой на самом деле, никто не знает.
Второе: он волколак. Очень похожий мастью и размером на того, что я видела утром в деревне с окровавленной мордой.
Третье: мое письмо даже не дошло до князя, потому что почтальона убили на пути в город. Он успел отъехать совсем недалеко, когда его настигла смерть. Судя по ранам – от лап того же волколака. И вот тут начинается самое интересное. Кто знал, что в город отправлено письмо? Сам почтальон, я, Агнешка, которая меня провожала, лавочник, через лавку которого отправлялась почта, и староста. Пять человек. Почтальона, себя и Агнешку можно было сразу вычеркнуть – двое уже мертвы, причем убиты волколаком, а я… А я, быть может, стану следующей его жертвой.
Остаются двое: лавочник и Добромир. Ах, кабы знать, не говорили ли они еще кому-то о письме! Потому что если нет, то один из них либо и есть волколак, либо действует в его интересах. Лавочник на роль волка не подходил: это был невысокий коренастый мужичок с больной спиной и ногами. Из такого не грозный зверь получится, а колченогая табуретка. А вот староста… немного грузный, но высокий и крепкий еще мужчина, он вполне мог бы превращаться в крупного волка. И, что еще важнее, именно Добромир всегда был в курсе всех событий в деревне.
Но Весея! На нее тоже напали. Кто-то, кто знал, что той ночью она будет ждать в сенях. Я сжала руки: а ведь отец вполне мог знать, что дочь не спит! Это она думала, что выскользнула из комнаты незаметно, но родители обычно спят очень чутко. Что, если Добромир узнал о тайных свиданиях Весеи и решил таким образом ее наказать? Она ведь осталась жива и относительно здорова. А какой смысл волколаку только ранить жертву и оставлять ее живой?
Я вскочила и бросилась ходить по избе из угла в угол. Так лучше думалось.
Кто же из них – волколак-убийца? Лже-Охотник или Добромир? Или кто-то третий? В пользу того, что это мог быть либо староста, либо кто-то еще, говорили раны на боку Ярослава. Конечно, можно было бы предположить, что он как-то и зачем-то нанес их себе сам, но это казалось слишком уж надуманным.
Вздохнула: нет, так я ни до чего не дойду. Наверняка о письме знали и другие – в деревнях новости разносятся быстрее, чем пожар. А я тут уже старосту чуть ли не в волколаки записала!
Вернулась за стол, отхлебнула остывший чай, поморщилась. И записала четвертый пункт: ведьма. Существовала ли она? Если откинуть досужие домыслы и чужие слова и опираться только на свои знания, выходило, что ведьма в этой запутанной истории все же была.
Во-первых, я явственно слышала свист, которым отозвали от меня волколака. Он явно кому-то подчинялся.
Во-вторых, если ведьмы нет, то все сразу рушится как карточный домик. Зачем волколаку не просто убивать жертв, а обставлять это все так странно? Юность жертв, их невинность, одинаковый способ убийства – все это говорило в пользу того, что насчет ритуала Ярослав все-таки не лгал.
И, наконец, в-третьих. Свободному волколаку, если ему просто хочется убивать, нет нужны делать это в одной деревне, привлекая к себе излишнее внимание. Рано или поздно можно попасться мужикам с вилами и факелами, а это опасно для любого зверя, будь то обычный волк или оборотень.
Мысль, пришедшая мне в голову, сначала показалась глупой. Но я все же порылась на полке и нашла старую карту нашей деревни – когда-то ее велел нарисовать и размножить предыдущий староста. Бумага пожелтела от времени, истончилась, да и за прошедшее время деревня изменилась, разрослась, но все самое главное было хорошо различимо.
Я отметила на карте четыре точки – места, где были обнаружены мертвые девушки. С удивлением поняла, что Агнешку убили совсем рядом с местом ранения Весеи. Маленькая деталь, но она окончательно укрепила мою уверенность в том, что я угадала верно. Уже зная, что получится, взяла тонкое ровное полено и соединила противоположные друг другу точки.