Смерть идет за тобой по пятам.
Как наяву услышала я голос десятника в свое голове, и зажмурилась, пытаясь отогнать наваждение.
-Нет, смерть не идет за мной по пятам, она уже здесь, - прошептала я и проснулась, чувствуя, как слезы обжигают щеки, а беззвучные рыдания сотрясают грудь. Обняв дремавшего под боком кота, попыталась успокоиться, но так и не смогла сомкнуть до рассвета глаз.
***
В свободное от работы время Зорянка учила меня прясть и вышивать, «те умения, что любой девке пригодятся», как сказала подруга. Скоро польют дожди, заметут снега, будем целыми днями у окошка сидеть, рукоделием заниматься. Приданое свое Зорянка давно подготовила, но осталось оно сундуками стоять в родительском доме, младшим сестренкам пригодится, когда подрастут, да женихаться начнут. А нам-то зачем, спросите вы, но под присмотром старой Вереи сидеть без дела было негоже, а рукоделие, по ее мнению, являлось лучшей из работ.
- А что ты знаешь про десятника? – задала я Зоряне вопрос, как только мы уселись за прялку и мне представился удобный случай посекретничать с подругой.
По понятным причинам, личность Седого очень интересовала меня в последнее время.
Он надолго уезжал по приказу воеводы и вернулся совсем недавно, привезя с собой пятерку новых воинов в дружину. Народ шушукался, что происходит что-то странное, раз острог за подмогой посылал к князю. Я не знала, что и думать, а после сегодняшнего сна ожидать чего-нибудь хорошего было бы и вовсе глупо. В ушах все еще звучал голос Седого, вещающий страшное предсказание, мне необходимо было узнать, что он за человек, что вообще о нем в остроге толкуют. Стоит ли ему доверять?
И обо всем этом я и решила узнать у Зоряны, ведь она была моим единственным надежным источником информации в этом времени.
- А что про него знать, уже лет десять как на службе у князя в этих краях состоит. Простым отроком – младшим членом дружины начинал, вон теперь как поднялся. Говорят, воевода его на свое место прочит, сам-то уже в летах, а он ему заместо правой руки. Доверяет как сыну рОдному.
Я задумалась, значит о его «способностях» тут не особо осведомлены, но несмотря на это, Седой не побоялся помочь мне, продемонстрировав свой дар. Интересно.
- А он сам из этих мест родом?
- Почти, в поселении на дальнем займище рос, сейчас там уже и не живет никто, ушли оттуда люди, слишком уж вода прибыла - Зорянка вдруг наклонилась ко мне и зашептала, сверкая глазами, видно было, что не терпится ей поделиться чем-то очень важным.
- Говорят, его мать ведьмою была.
- Ничего себе, а еще что известно? – я оживилась, понимая, что это как раз то, что мне нужно.
- Не знаю, правда ли люди сказывают. Но словно отец его, будучи воином привез из похода дикарку, а она ведьмой оказалась.
- И как поняли, что она ведьма?
- Оттого что знак у дитя с рождения, меченый духами, которым его мать служила - девушка указала на свои волосы, имея в виду седую прядь десятника. Я закивала, понимаю мол, а сама продолжала задавать вопросы:
- И что ж с матерью? – спрашивала, а у самой сердце замирало, «неужто сожгли?» с язычников станется. Вон дитё в ведьмины сынки записали, только из-за того, что случилось от рождения отличаться от всех остальных. Странные мы существа люди, вечно боимся всего не похожего, хоть каплю отличающегося от нас самих. Даже в двадцать первом веке такое встречается сплошь и рядом, а в стародавние времена и подавно.
- Не знаю, про то не слыхивала, да я мала была в те года, разве всего упомнишь. Может выгнали ее из деревни, а может и сама Морана подрезала нить жизни, забрав с собой ее душу в мир Нави.
Меня как будто током ударило.
Подруга, сама не ведая, подкинула мне недалекой подсказку. Морана – богиня зимы и смерти у древних славян. Зоряна рассказывала и я лично видела ее идола около поминальных курганов, когда мне показывали острог и его окрестности. Девушка с серпом в руке, которая подрезает нить жизни – вот как представляют смерть местные.
«Думаешь старуха с косой и впрямь за тобой бежит?» сказал мне той ночью десятник. Он назвал смерть – старухой с косой, но такие представления появятся гораздо, гораздо позже.
А это значило только одно…
Не помню, как закончила разговор с Зоряной, как побежала к дружинной избе и не найдя там десятника, отправилась к гриднице, отдельно стоявшему помещению для воинов.
В гриднице пахло дымом и деревом. Седой сидел на дальней лавке, лицо его было скрыто в тени, и только движения руки с ножом были резки и точны. Рядом, у его ног, лежал Ждан. Пес не спал, его жёлтые глаза были прищурены и следили за мной.