— Тьфу, — сказал я, задумчиво отлетая от этой планеты, которая, по мере своего удаления, приобретала какой-то синюшный цвет.
Конечно, там были и отдельные особи, в которых пыталось прорваться некоторое недовольство, и иногда даже возникала вспышка истинной страсти и познания, но они тоже в конце концов обращали свою душу к призракам пустоты или внутрь себя, где ничего не находили, конечно, кроме того, что там было и так, то есть ничто. И никто не хотел Меня!!!..
— Яяяяяя!!!! — завопил я, пытаясь взорвать их души, тела и мозги подлинной правдой своего присутствия — прямо здесь, прямо сейчас, прямо над ними, прямо внутри них.
Но ничего не произошло. Они как будто не слышали и не ощущали великого и вездесущего Меня; лишь на миг они прекратили свою пустую жизнь, замерев в недоумении, а потом все опять продолжилось, как и раньше, как всегда, словно не было вообще никакого Моего клича и призыва; как будто бы Я не существовал вообще!
Да, эта планета полностью отпала от правды, любви и Меня. Она заслуживала только гибели — со всеми ее замкнувшимися в самих себе существами.
— Сгиньте… — с некоторой грустью произнес я, решив уничтожить этот мир. Его, в общем, можно было и оставить, поскольку он был неопасен, бесполезен и примитивен, но я слишком разозлился на столь вопиющее невнимание к несравненному и единственному Мне со стороны всех этих копошащихся в собственном дерьме его обитателей. Ведь надо, чтобы Вселенная стремилась к чистоте, свету и совершенству, а поэтому — долой гнусь, бесцельность и маразм!..
Да будет так.
Вмиг я перестроил все атомы себя, зарядив их убойной радионуклеиновой силой, и с диким ревом устремился к Земле, искрясь от гнева и праведного счастья. Вперед!
После столкновения произошел мощнейший взрыв, размолотивший всю планету и Меня на элементарные частицы, которые повисли в пространстве гигантским, почти незримым, пылевым облаком.
С Землей было покончено; я же через какое-то время вновь собрался в единое целое и тут же ощутил прилив радостной гордости, поскольку я исполнил свое истинное предназначение в этой точке бытия, где я сам однажды появился, сидя под зеленой кроной большого ветвистого дерева.
Что же еще я должен совершить?!.. Я осмотрел самого себя и все, что было вокруг.
Я был велик и неуязвим; я мог быть каким угодно. Везде блестели звезды, и кружились планеты. Но нигде не существовало ничего, достойного меня; нигде меня не ждали и не любили. Я не помнил себя, я не помнил свой дом. Наверное, его не было вовсе. Я мог все уничтожить, или создать, или воплотиться в кого-то, или чем-нибудь стать. Я не знал, что делать дальше, и тогда я выдвинул свой двадцать четвертый палец из-под мантии моих небес и нажал на определенную звезду. Появилась серая дыра, и я нырнул в нее, как в омут надежды.
Картинки вокруг поменялись, и мир стал двумерным и ясным: я оказался на бесконечной белой плоскости, на которой пестрились розовые ромбы и ярко-голубые треугольники. Они жили здесь, а я притаился рядом и стал ждать. Я жаждал любви и чуда.
Продолжалась целая вечность, но ничего не менялось кардинально и в этом мире, так же как, наверное, и повсюду. Ромбы то сливались с треугольниками, то резко отскакивали от них в сторону, то присоединялись к ним, словно целуясь своими границами, а иногда почти все фигуры этой плоскости образовывали некий единый двуцветный хоровод из самих себя, и кружились перед моим отчаявшимся взором, который они совершенно не замечали.
— Яяяяя!!!! — рявкнул я прямо внутрь их реальности. Но все было тщетно; розовые ромбы и ярко-голубые треугольники продолжали жить своей жизнью. Им не было никакого дела до Меня.
— Да будет так!! — вскрикнул я и мощным световым пучком внедрился в глубь плоскости. Раздался взрыв; все погибло, а я вылетел вовне через голубой проход, оказавшись вновь посреди клубящейся вокруг меня Вселенной, которая могла быть совершенно любой.
— О, как я одинок… — прошептал я, ощутив нутром все, что было снаружи.
Я был самым великим и могущественным существом здесь, и никого не существовало мне под стать. Везде проистекала жизнь бесчисленных миров, но каждый был повернут внутрь себя. И это являлось главным и единственным законом. Зачем же я тут появился, зачем же я нужен?!.. Что может сравниться со Мной?!.. К кому я могу обратиться, кто может любить Меня?!.. Если Я есть Я, то где еще есть Я?.. Разве что вся Вселенная, как единое целое, как организм, как мир…
— Да! — понял я, готовясь к последнему откровению.