Вообще, откровенно говоря, судьба моего друга на тренерском поприще в футболе не сложилась. Дважды ему доверяли руководство армейской командой и дважды отстраняли не самым тактичным, если не сказать, беспардонным образом. К примеру, принял он команду во втором круге чемпионата 1967 года, работал с ней весь следующий сезон, а в шестьдесят девятом, когда коллектив уже стабилизировался и стал набирать силу, старшего тренера решили поменять. То же самое с ним произошло в 1978 году.
Справедливо ли это? Ведь хорошо, плодотворно работал человек, дело свое знал в совершенстве и с людьми общий язык находил, а оказался в немилости у начальства. Очень хотелось нашему армейскому спортивному руководству возродить былую славу «команды лейтенантов», только не понимало оно, что коллектив создается не вдруг, не сразу, что тренеру необходимо несколько полнокровных сезонов для укомплектования состава, налаживания учебно-тренировочной и воспитательной работы. Для того, наконец, чтобы игроки «притерлись» друг к другу, укрепили игровые связи. Хотелось нетерпеливому руководству сиюминутных побед, быстрого успеха, а у футбола, увы, свои законы, свои особенности. Их, к сожалению, иные некомпетентные спортивные функционеры никак не хотят учитывать.
Я не оговорился, употребив глагол в настоящем времени: и сегодня, когда, казалось, все мы, и руководители спортобществ и ведомств в том числе, неизмеримо выросли в своем понимании законов, особенностей футбола, пришли к глубинному, если так можно выразиться, проникновению в происходящие в нем процессы, тренер остается фигурой абсолютно незащищенной, если не сказать бесправной в профессионально-правовом отношении. Несмотря даже на введение системы договоров, призванных, по идее, гарантировать право на спокойный творческий труд в течение продолжительного времени, он в любой момент может лишиться работы по прихоти все того же «нетерпеливого» руководства или, что, увы, случается все чаще, вследствие групповых амбиций игроков, недовольных то ли жесткой дисциплиной, то ли методами тренерского руководства, то ли еще чем-то. Примеров тому можно привести множество и фамилий пострадавших футбольных специалистов, вынужденных поневоле покидать свои коллективы и предлагать услуги другим, назвать десятки. Впрочем, любители футбола об этом хорошо осведомлены, газеты то и дело бьют тревогу по этому поводу, но их голоса, к великому сожалению, редко когда бывают услышаны. Футбол от всей этой тренерской чехарды очень многое теряет, и не известно, сколько потеряет еще.
Так вот, возвращаясь к тренерской судьбе Всеволода Михайловича, хочу подчеркнуть, что армейский футбол понес весьма существенный урон как после его удаления из ЦСКА в шестьдесят девятом году, так и вторичного – в семьдесят восьмом.
Так уж случилось, что именно по этим печальным случаям пересекались наши с ним тренерские дороги – он уходил, меня назначали на его место. Поэтому, поверьте, никто лучше, чем я, не знает об его истинных педагогических способностях и возможностях, к великому сожалению, так и не реализованных.
В какой-то мере этот выдающийся спортсмен и щедро одаренный талантами человек нашел себя в роли хоккейного тренера, весьма успешно и плодотворно проработав в «Спартаке» и сборной СССР. Но ведь и на этом поприще, давайте будем откровенны, ему не раз ставили палки в колеса различного рода чиновники от спорта.
Мы с ним были очень дружны, полны глубокого уважения друг к другу. Его неудачи, вопиющую несправедливость по отношению к нему со стороны руководства Спорткомитета Министерства обороны СССР я воспринимал и переживал, как свои собственные беды, которых, к слову сказать, тоже было с избытком на тренерском пути. Бобров был мужественным, гордым человеком и никогда не подавал виду, как ему тяжело далось расставание с любимой армейской командой.
…Сезон 1949 года команда ЦДКА начинала в ранге трехкратного чемпиона страны, а завершила «серебряным» призером. О причинах этой относительной неудачи я уже рассказывал. Повторю только, что из-за болезней и травм, надолго выведших из строя Юрия Ныркова, Ивана Кочеткова, Вячеслава Соловьева и Анатолия Башашкина, основной состав команды претерпел, можно сказать, радикальные изменения. По существу коллектив обновился почти наполовину. Меня тоже не миновала сия печальная участь, и ровно месяц я вынужден был лечиться, пропустив ряд матчей, в том числе и самый важный – с московскими динамовцами во втором круге чемпионата. Для меня это обстоятельство было вдвойне огорчительным: ни разу с момента прихода в ЦДКА не наблюдал за поединком своей команды с ее главным соперником с трибуны или скамейки запасных. На этот раз пришлось довольствоваться непривычной ролью зрителя. Но не зря говорят, нет худа без добра. Иной раз полезно игроку со стороны посмотреть, как действует его команда.