Как я это всё ненавижу.
Парни после того, как мы все познакомились, не придумали ничего лучше, кроме как пойти в магазин и взять пива.
Я не пью алкоголь. Вообще его ненавижу. Но сейчас, почему-то, молча терплю, сидя рядом с компанией двадцатилетних парней, которые втягивают в себя литры пива… Ужасно.
Чувствую себя кошмарно некомфортно. И я бы может ушла, но тогда меня будет мучить чувство вины перед Ваней — он ведь меня пригласил, и так просто всё бросить будет очень некрасиво.
— Да пошла нахуй эта шалава ёбанная, я её рот ебал! — начинается шквал негатива.
Боже, я это всё ненавижу! Какой же стыд! Ненависть, мат через слово, оскорбления — они ведь так и разговаривают, запивая нескончаемый мат дешёвым пивом.
Я хмурюсь, тихо сжимаясь на краю скамейки. Просто пытаюсь делать вид, что меня нет, ведь их компания… Она для меня просто невыносима.
— Эй, малая! — от этого грубого голоса я вздрагиваю.
Это говорит Фил — в компании он молчаливее всех. Сначала я не поняла, что он обращается ко мне, но учитывая что в данный момент из присутствующих я единственная девушка, круг возможных адресатов значительно сужается.
Я смущённо смотрю на него, и оказываюсь права — своим обжигающим взглядом Фил смотрит прямо на меня. Эта грубость, злость и одновременно безразличие на его лице меня пугают. Этот страх пробирает всё тело, доходя до гостей. И столько же, сколько пугает, Фил меня затягивает…
— Выпей с нами, — предлагает Фил дальше.
— Я не хочу, извини.
Я теряюсь от одного только его присутствия рядом. Отвечаю очень неуверенно, что, кажется, Фила не смущает вообще несколько.
— Я сказал выпей, — ещё страшнее тот продолжал.
Страх дрожью проходит по телу в очередной раз. У меня потеют ладошки, взгляд бегает по всем и всему, лишь бы не смотреть на Фила, сердце бешено бьётся. Все в компании замолчали — смотрят только на нас с интересом, чем это всё закончится.
Видимо, это не впервые, и Фил — известный женский провокатор.
Никто и не думает за меня заступится, а я не знаю где найти спасение от этого варвара.
Но, кажется, я поторопилась с выводами. В один момент Ваня всё-таки не выдерживает и пытается отшутиться:
— Угомонись. Не спаивай мою одногруппницу. Кто ещё всей группе будет конспекты писать?
Но, блин, это не помогает… Если в универе Ваня пользуется авторитетом, и одного его слова достаточно, чтоб уладить конфликт, здесь это не работает. Фил в ответ ему лишь недовольно фыркнул, но никак не собирался останавливаться. Слова Вани он всерьёз, судя по всему, не воспринимал...
— Выпей, — настойчиво продолжал Фил.
— Доронин! — угрожающе крикнул Ваня, но Фил его совсем не слышит.
Все остальные в компании продолжают молчать. Настойчивый взгляд Фила не сходит с моего лица, и без преувеличения выжигает меня изнутри. Я пытаюсь смотреть на него в ответ, но слишком боюсь.
Да, я боюсь Фила Доронина — теперь я ещё и знаю его фамилию.
Я не выдержала. Терпеть не могу алкоголь. Я никогда, вообще никогда в жизни его не пила, даже квас. Но его грозный взгляд определённо сильнее моей воли…
Прошло сколько? Секунд двадцать? Тридцать? Минута того, как он беспрерывно угрожающе смотрел в мои глаза? А мне хватило. Я сдаюсь и беру из его рук алюминиевую банку с противным напитком.
Дрожащими руками я поднимаю банку к губам, продолжая краем глаза смотреть в глаза своего мучителя, максимально аккуратно.
Алкоголь всегда был самой чуждой для меня вещью, а сейчас по вине чужого человека капли спиртного касаются моих губ. Я делаю медленный глоток, морщусь, кашляю от ожидаемо ужасного вкуса и отодвигаю от себя алюминий.
Ужасно! Это было ужасно!
Зато, кажется, Филу это представление вполне понравилось: он язвенно улыбался, а после просто вырвал банку из моих рук, демонстративно выпив пиво из того же места, откуда пила я…
Садит. И извращенец.
Но что тогда в нём меня так парадоксально цепляет?..
Глава 2
Глава 2.
Надя.
Никто не ответит мне на вопрос, почему после этого унижения я продолжила терпеливо сидеть с парнями, пока те бухали.
Фил меня больше не донимал, а вот Ваня пытался меня разговорить, чтобы разбавить это чувство разобщенности, но у него не особо получилось — настроение после этого перфоманса куда-то таинственно пропало.