Я думала, мой первый раз будет романтичным. Что он будет с мужчиной, которого я больше жизни люблю. Или хотя бы просто с одним мужчиной. Но точно не так! Не так! Я не хочу!
Неужели у меня нет ни единого шанса?..
Потому что этих людей наркотики лишили души. Потому что в таком состоянии они — не люди, ведь разум им не принадлежит. Потому что они наплевали на мои истерики и борьбу за жизнь.
Потому что они не остановились. Они сделали то, что хотели.
Глава 13
Глава 13.
Надя.
Я не могу поверить в то, что произошло в тот вечер. Просто я не в состоянии.
Я лежу на кровати, разглядывая потолок уже несколько часов, не в силах даже пошевелиться.
Если до этого меня мучали слёзы, истерики, терзания души, дилеммы, то сейчас внутри меня пустота. Вместо слёз, когда я пришла домой, меня ждали собственные пустые глаза в отражении грязного зеркала. Будто эти придурки выкачали из меня душу, ведь собственные они уже давно потеряли.
Они выжали мои силы до остатка, и последние их резервы я потратила на то, чтобы добраться до дома. На то, чтобы сбежать, только бы не появляться там больше никогда.
Да, это я для себя точно решила. Я больше не появлюсь на пороге Фила. Я вообще больше не хочу его видеть.
Я готова была терпеть многое, потому что влюбилась.
Уже давно мои отношения с Филом перестали быть актом благотворительности. Я лишь оправдывала своё общение с ним именно этим. Но Ваня оказался прав, я в него влюбилась. Жаль, что поняла это слишком, слишком поздно…
Да, я готова была терпеть многое. И терпела от него многое. Но Филипп Доронин перешёл границы. Все границы, которые только можно было перейти.
Раз он выжал меня до остатка, я не хочу жить той жизнью, где всё выжжено дотла. Я подарила ему душу, подарила ему доверие, подарила ему внимание, которые он растоптал, превратив меня в использованную тряпку.
Я так больше не хочу…
Я собираю вещи, пишу арендодателю, что съезжаю, и уезжаю к маме. Именно к такому решению я пришла в результате многочасового разглядывания потолка. Потому что иначе я поступить не могу. И не хочу.
Не хочу помнить ничего, что связывает меня с этим ужасным человеком. Хочу сжечь дотла всё, что напоминает мне Фила Доронина так же, как он сжёг всё внутри меня.
***
— Чё ты хотела? — агрессивно начинает Фил из трубки телефона.
Когда я приехала к маме, я решила поставить точку в вопросе наших отношений. Он плюёт на мои чувства, а я так не умею. Я считаю, что правильным будет чётко обозначить изменения в наших отношениях, а не молча всё бросать. Точнее обозначить то, что их больше нет ни в каком виде.
Прошли уже целые сутки. Судя по голосу, он всё ещё под веществами. И это ужасно…
Да, я хочу от него отказаться. Да, я хочу чтобы нас больше ничего не связывало. Да, я хочу чтоб я, наконец, перестала к нему что-то чувствовать. Но Фил настолько глубоко въелся мне под кожу, что я не смогу взять и не переживать за него. Я переживаю. И я хочу, чтоб у него всё было хорошо.
— Привет, Фил, — с трудом говорю на выдохе.
Я специально вышла в подъезд. Говорить с ним при маме я бы не смогла. Тем более с риском расплакаться в любой момент.
Я спиной опираюсь о холодную стену подъезда, в попытках привести мысли в порядок, но вновь начавшееся головокружение мешает мне это сделать.
— Я звоню чтобы сказать, что я не хочу тебя больше знать, — говорю прямо.
— Чё? Не понял.
Я молчу, закрывая глаза, и стекаю по стене вниз на кафельный пол, который наверняка повидал в этой жизни уже много истерик, и моя станет лишь очередной.
— То, что ты сделал, не лезет ни в какие ворота. Надеюсь, мы с тобой никогда не увидимся.
Уже на первом слове глаза начали заливаться слезами. Не могу поверить, что я настолько быстро умудрилась привязаться к мужчине, которого не знала от слова совсем, что мне настолько сложно от него отказаться.
— Не понял, блять. Чё за хуйню ты городишь, блять? Чё я сделал? — искренне не понимая спрашивает. Неужели правда не помнит?
— Спроси у своего друга, Фил, — всё, на что у меня хватает сил.
— Ты чё за хуйню несёшь? Ну бухнул я вчера. Алкоголь и наркота смесь взрывная, конечно. Но я нихуя не понял, причём здесь ты и мой собутыльник.
— Я не хочу с тобой говорить, Фил. Прощай.
— Слушай, бля…
Я не даю ему договорить. Скидываю вызов и, зарываясь в собственные коленки, начинаю плакать. Я нендаолго остаюсь в таком состоянии, потому что уже через несколько секунд на телефон снова раздаётся звонок: это Фил. Мне приходится немало подумать, прежде чем взять, но всё-таки я принимаю вызов.