— После нашего знакомства Дебьерн мне много о тебе рассказал. Для меня ты очень интересен. Это так здорово! Корэф, ты живой свидетель нашего далёкого прошлого!
— Где-то так. Но живыми свидетелями далёкого прошлого являются все роботсмэны. Я лишь один из них. В любом случае мне приятно слышать о себе, что я свидетель древности. Да, мне, похоже, пятое столетие пошло. Но люди так всё устроили, что мне, боюсь, спокойно помереть не позволят. Становится мне всё труднее что-то вспоминать. Наверное, мой квантовый мозг также устарел. И тело часто требует ремонта, обновления. Не продвигается наука, хотя пора.
— Корэф, мне интересны твои взгляды на проблему изменений на Земле, вернее, с Землёй. Что там такое важное может произойти?
— Проблема с геофизикой. Земля может буквально перевернуться.
— Почему же? Так вдруг?! — открыла удивлённо глазки Орна.
— Нет, конечно. Её переворот заложен в её строении.
— Ты имеешь в виду её многослойность?
— Не столько многослойность, сколько сочетание её вращения с неуравновешенностью в ней массы ядра.
Орна что-то вспомнила:
— Да-да, мы проходили это в университете. Я припоминаю. Эффект Джанибекова? Там из-за разбалансировки барашковая гайка переворачивается внезапно. Так, кажется?
— Абсолютно. Все измерения с гайкой в тысячах вариантов просчитаны с точностью, согласно теореме. Осталось сделать перерасчёт пропорционально Земле. Тогда можно будет спрогнозировать этот процесс в её масштабах.
— Разве до сих пор не сделаны точные расчёты параметров Земли? — усомнилась Орна.
— Нет, почему же? Сделаны, но степень их точности соответствовала целям этих расчётов. Но главное — Земля меняется. Меняются планеты. Измерения устаревают. Но главное — неизвестны форма, масса и материал самого ядра, — закончил Корэф объяснение.
Вмешался в диалог молчавший командир:
— Спасибо, Корэф! В общем, прояснилось. Теперь наша команда будет с пониманием ожидать решения учёных. Мы свяжемся с другими кораблями и так же разъясним, чтобы тебя не загружать в пути. Но если ты не против, я сам активно подключусь к продвижению твоей идеи на Марсе, на производствах, где все меня знают. Да и в верхах управления. Я всё же там известный марсианин. Могу развернуть широким фронтом всю программу. Нужны мне полномочия, и я продолжу начатое дело.
— Дебьерн, как только сам я получу от президента полномочия, ты будешь первым, кто получит назначение.
— Профессор, у меня ещё есть несколько вопросов. Мы можем разговор продолжить? — поторопилась Орна.
— Ну почему же… Я рад ответить на вопросы. Вопросы для учёного — гимнастика ума, — и Корэф усмехнулся.
— Корэф, ты взялся за совершено не исследованную часть природы. Надеешься ли ты на совершение открытий?
— Орна! И здесь, я вижу, ты абсолютно в теме. Никто в напутствиях своих мне не поставил этого вопроса. Конечно, нас ожидают большие открытия в науке. Не знают ещё те, что имена свои прославят. Лечу туда, чтоб дверь для них пробить. Спасём ли Землю, спасём ли что на ней? Сумеем ли воспользоваться… успеем ли воспользоваться законами и изобретениями? Жизнь человеков коротка и риски укорачивают беспощадно. По опыту никто не пользуется сам, что для других открыл. Открытия нужны для поколений. За этим я лечу.
Прошли месяцы. На корабле было чем заняться. Клубы, секции, кружки по вкусам. Сколько интересов у людей и роботсмэнов, столько и сообществ. Так же и для детей. Бассейны, природные уголки. Даже секс-услуги! Извините, оговорился, то для взрослых. Всё как на хорошем океанском лайнере тысячу лет назад у вас, мой читатель, в глубине веков. Однако большинство развлечений — в виртуальной реальности. Есть и библиотека мировой литературы всех планет, на которых проживают люди. Как-то зашёл наш герой в библиотеку. Видит, за голограммой книги сидит его супруга. Бесшумно подошёл и спросил негромко:
— Что читаем?
— Ах! Корэф, не пугай меня, мне нельзя вздрагивать.