Это было не просто чтение, а скорее –синхронизация.
Я стоял в лунном луче, падающем сквозь высокие окна, и перелистывал страницы с такой скоростью, что бумага иногда начинала дымиться от трения воздуха.
Секунда — страница. Минута — монография. Час — целый раздел науки.
Мой мозг строил графики, сопоставлял факты, искал расхождения между историей моего мира и этой реальностью. (Расхождения были минимальны, и это радовало. Эффект бабочки пока не сработал в полную силу).
Я не брал книги с собой — это было бы лишним риском: найдет отец книгу со штампом «Академия Наук», «Для служебного пользования» или грифы секретности, — проблем не оберешься. Я уважал родителей, и не хотел их тревожить по таким пустякам.
Да и смысл мне что-то брать?
Я уносил всё в своей голове.
В эти ночи я чувствовал себя не просто зреющим не по годам школьником. Я чувствовал себя хранителем знаний. Единственным существом на планете, которое видит всю картину целиком.
От квантовой механики до геополитических интриг Трумэна.
К сожалению, пока не способный парить над миром, как настоящий Супермен. Это немного разочаровывало. Прошли месяца, а я так и не смог освоить этот навык. Но, я чувствовал, что это возможно, поэтому не терял надежды.
Под утро, когда небо на востоке начинало сереть, я возвращал книги на полки. Аккуратно, корешок к корешку. Закрывал сейфы. Запирал двери.
И бежал обратно.
Врывался в свою комнату за секунду до того, как пропоют первые петухи, нырял под одеяло и притворялся спящим Иваном.
Днем я снова был простым сельским парнем, расчищающим снег или стойло. Конечно, до тех пор, пока не наступил весна.
Но ночью... Ночью я был самым эрудированным существом на Земле. И этот контраст между навозом на сапогах и формулами Шредингера в голове давал мне странное, почти болезненное чувство превосходства. И понимания того, какой огромный путь мне еще предстоит пройти, чтобы подтянуть этот мир до своего уровня.
Лежа в темноте и слушая, как ветер воет в печной трубе, я постоянно сравнивал себя с великими людьми, чьи биографии поглощал в спецхране.
У них была великая Идея, но слабое, смертное тело.
У меня — божественное, нерушимое тело, но где моя Идея?
Коммунизм?
В том виде, в котором он существовал сейчас — с тотальным дефицитом, животным страхом, доносами и серой, удушающей уравниловкой — он меня категорически не устраивал. Я видел изнанку этой системы. Я видел, как она ломает хребты лучшим, оставляя посредственностей.
Капитализм?
Я помнил «святые 90-е». Помнил этот звериный оскал «свободного рынка». Помнил олигархов, растаскивающих заводы на металлолом, помнил нищету учителей, помнил унижение великой страны, ставшей сырьевым придатком Запада. Нет, спасибо. Этот путь вел в тупик безудержного потребления и моральной деградации.
Я должен создать Третий Путь.
Технократический социализм. Меритократия.
Общество, где правят знания, компетентность и эффективность, а не партийный билет, блат или счет в швейцарском банке. Общество, где «светлое будущее» строят не на костях заключенных ГУЛАГа, а на энергии расщепленного атома и силе освобожденного разума.
Где государство — это не надсмотрщик с нагайкой, а идеальная, отлаженная машина, обеспечивающая каждому возможность стать Творцом.
Звучало утопично? Возможно. Для любого другого — безусловно.
Но у меня были инструменты, чтобы превратить эту утопию в реальность. У меня было время, сила и память будущего.
И для этого мне нужно было продолжать учиться.
Впитывать земные знания до последней капли, чтобы потом, когда придет час, сплавить их с наследием звезд.
________
*РДС-3 (в начале разработки обозначалась РДС-5) — советская атомная бомба имплозивного типа, разработанная как авиабомба для тяжёлых дальних бомбардировщиков Ту-4 и средних Ту-16. Номинальная мощность заряда — 40 килотонн в тротиловом эквиваленте. Вес бомбы — около 3100 кг.
*«План Дропшот» — разработанный в США план войны против Советского Союза и его союзников. Был утверждён Комитетом начальников штабов США 19 декабря 1949-го года. Цель — противодействие предполагаемому вторжению СССР в Западную Европу, Ближний Восток и Японию. Суть плана: нанесение ядерного удара по территории СССР с использованием 300 ядерных бомб и 29 тыс. фугасных бомб по 200 целям в 100 городах и посёлках. От 75 до 100 из 300 ядерных бомб были нацелены на уничтожение советских боевых самолётов на земле.