Он давал, давал мне столь многое, что наконец я не выдержала и захлебнулась – волна с неба затопила меня, волна света пронзила мне разум яркой, болезненной вспышкой. Я прижалась к нему всем телом, каждой трепещущей клеточкой, а по щекам вперемешку с водой текли слёзы – отчего, я не плакала с самого детства…
Вода, слишком много воды. Ощущаю себя вконец ослабевшей, тяжёлой, наводнённой, как моя родная земля. Вот бы стать ею, слиться с ней навеки. Не так уж мы сильно различаемся.
Возложила руки на его голову на моей груди. Распластанный, разбившийся чёрный ворон. Оборотень. Колдун. Кто же ты на самом деле? Неужели я теперь не смыслю себя без тебя?
***
Не знаю, сколько было времени, когда мы вернулись, вымокшие до последней нитки. А дождь всё не прекращал. Так теперь до самого утра, глядишь, и будет.
В личных комнатах Занлара повсюду горел свет. С потолочной росписи, с дверных карнизов и стоек кровати взирали вездесущие вороны. Да и сам синьор теперича был похож на мокрую ворону.
Очень хотелось снять промокшую насквозь одежду. Моя юбка изодралась о кусты и ветки и облепила ноги, мешая ходить. Глаза слипались. Я разделась и повалилась на кровать, в изнеможении и со страстным желанием поскорее заснуть.
Занлар прошёл в свой кабинет, потом вернулся и устроился, закинув ногу на ногу, напротив меня в деревянном кресле с прямой резной спинкой, где он по обыкновению коротал бессонные ночи. Знать, та адская курительная смесь, что он носил при себе, отсырела, потому что из кабинета он принёс новый мешочек. Отсыпал часть, молча раскурил, задумавшись.
Я уже почти уснула, когда меня выдернул из сна, лишив напрочь даже всякого его желания, вопрос, что он мне тогда задал:
- Ты согласишься стать моей женой?
Я подскочила и обалдело уставилась на него. Может, почудилось?
- Что-о?
Но мне не привиделось, и он не шутил.
- Понимаешь, какое дело, - сказал он, застыв и не спуская с меня глаз. – Я хочу пригласить сюда кое-кого из своих друзей. И им было бы приятно узнать, что у меня есть супруга, и познакомиться с ней. Я подумал, ты подойдёшь на эту роль лучше всех.
- С ума, что ли, сошёл?
Да, пару раз меня звали замуж, но ранее это никогда не приводило в такое изумление.
Занлар улыбнулся одними кончиками губ.
- Ты моя любовница. К кому же ещё мне обратиться с такой просьбой? Нет, я не прошу тебя выходить за меня замуж, я лишь прошу представиться моей женой.
Я села в кровати.
- Зачем это тебе? Что ты задумал?
- Объясню тебе всё по порядку, Ларе. Миром, где вырос я, заправляют несколько семейных кланов. Так когда-то было и в Иревее – помнишь, ты сама мне рассказывала. Вместе они составляют влиятельный и богатый круг людей, к которому и я имею честь принадлежать. Мы всегда были добрыми друзьями, – он не сдержал желчной усмешки, - и кое с кем я особенно хотел бы увидеться. Есть, о чём поговорить. У меня немало оснований полагать, что покушение, совершённое на меня, имеет к ним самое прямое отношение. Боюсь, что с тех пор, как получил титул и поселился в Иревее, они забыли, что меня ещё рано списывать со счетов. Стоит напомнить им об этом. Тем более что им самим будет небезынтересно взглянуть на Иревею. Ведь они уже давно приглядываются к ней.
- Приглядываются?
- Да. Она всегда была на особо счету. И хотя они тщательно скрывают свои намерения, для меня не секрет, они не прочь избавиться от меня, а вслед за этим подчинить Иревею себе. Конечно, на деле у них нет и не может быть на неё никаких прав, пока я жив.
- Тогда почему ты тащишь сюда своих врагов? - вскричала я. – Наших врагов?
Давнее воспоминание, смутное подозрение не оставляло меня. Предостережение казнённого, канувшего в небытие Севки. Оно неотступно маячило где-то на горизонте моих мыслей, всякий раз отступая, но не исчезая насовсем. Севка так и не растолковал, что за опасность грозит Иревее, и с какими людьми он встречался. Я тогда посчитала, это он от злобы своей напраслину возводит. Но после всего, что было… Разве могу я поручиться за Занлара? За то, что знаю наверняка, что у него за душой? Если враги желают ему смерти, то по меньшей мере глупо принимать их с распростёртыми объятиями, равно что гостей дорогих. Если только…