- Какая преданность! – фыркнула я. – Надеюсь, остальные твои дружки не будут на меня бросаться.
- О нет! – горячо заверил меня Моа. – Остальные никогда ничего подобного не сделают!
- А ты среди них один такой шутник? – спросила я, пихнув его в бок.
- Да, один такой, - ответил он, думая о чём-то своём.
Глава 11
- У меня есть подарок для тебя, - сказал Занлар.
- Мне от тебя ничего не нужно, - настороженно буркнула я.
Мы сидели после ужина на веранде, выходящей в сад. Точнее, сидел он один. Я не могла примириться со столь бездеятельным занятием и постоянно без всякой на то причины вскакивала с места. Да и сидела я тоже как на иголках. Кресло было слишком удобное, пусть и не мягкое и с жёсткой прямой спинкой. Не то, что грубые занозистые лавки у Сельги в трактире, на которых весь зад оставить недолго.
Солнце садилось, и весь сад озолотился его тёплым угасающим светом. Стволы деревьев окрасились лучами в ярко-красный. Туман подрассеялся, и пахло влагой и вязким вечером. Где-то высоко над нами стайками носились – нет, не вороны – быстрокрылые стрижи, в погоне за жуками оглашая небо жизнерадостными воплями.
- Пусть так. Но это моя прихоть, - ответил Занлар.
Он подошёл ко мне и достал из кармана кафтана что-то, ослепившее меня на солнце. Никогда раньше не видела украшения с такими огромными камнями. Прозрачные, как глаза самого владыки, они ярко сверкали, отражая лучи.
Пока я недоумевала, с чего он взял, что мне нужны эти бирюльки, он застегнул украшение на моей шее. Тяжёлые камни захолодили грудь. Я скосила глаза на чуждую вещицу и потребовала снять её.
- Оно тебе очень идёт, - сказал Занлар. – Особенно, если то, что ниже будет более достойным.
С этими словами он провёл рукой по вырезу моей рубахи, и моё тело откликнулось дрожью на его прикосновение.
- Опять ты за своё! Сколько раз повторять, я не буду носить то, что ты мне всучиваешь! И вот такое вот мне тоже не нужно! – и схватила ожерелье в охапку. – Не вздумай подкупать меня!
- Ни в коем случае не хотел оскорбить тебя, - он вкрадчиво коснулся моей руки. – И если бы я хотел купить тебя, я бы догадался подарить что-то другое.
- Лучше и не пытайся, – бросила я в тщетных попытках стащить тяжёлое украшение. Вот корявые пальцы, никак не просеку, как это делается! – Я тебе не какая-то баба, с которыми ты привык вот так дело иметь. Им вот это вот всовывай, а мне - не надо.
- Давай помогу, - он одним лёгким движением расстегнул застёжку. – Мне кажется, ты недооцениваешь своих земляков. Ради такого, - он бросил взгляд на крупные, размером с пол его ладони сверкающие камни, - любой, будь то мужчина или женщина, способен убить. И здесь уже не имеет значения, богат он или беден.
Он поднял ожерелье на цепочке высоко над головой, разглядывая игру камней, и вложил его мне в руку.
- И всё-таки возьми его. Оно твоё.
- И что мне с ним делать?
Занлар равнодушно пожал плечами.
- Не знаю. Можешь выкинуть. Или отдать какой-нибудь крестьянке из ваших.
- Да на кой она им? У нас, у людей простых, другое в цене будет.
- Сколь многое ты ещё не знаешь о людях, - умилённо улыбнулся Занлар. – Даже о самых простых.
- Можно подумать, ты о них много знаешь. Ты никогда даже не общался с иревейцами.
- Все люди одинаковы. К сожалению, к счастью ли, но это так.
- Я так не думаю, - взъерепенилась я.
Какое право он имеет это говорить? Я пробыла рядом с ним достаточно, чтобы только укрепиться в мысли, насколько разные миры, в которых мы живём. Наш ход мыслей, желания, помыслы – всё было разным.
- Думаешь, я это ценю? – спросил Занлар, указывая на ожерелье, что я всё ещё зажимала в руке. – Если бы ты представляла, сколько у меня такого добра.
Его голос прозвучал устало, словно сама мысль о собственном богатстве ему глубоко прискучила. Он сел в кресло и закурил, зажав длинный мундштук меж пальцев.
- И представлять не хочу, - отмахнулась я. И тут же ввернула о наболевшем, - А денег с моего народа всё равно посмел стрясти. И это при всех слухах о твоём сказочном состоянии. Они правдивы? Так ли ты богат, как толкуют?