- Делай, что хочешь! – махнула я рукой.
Спустя пару дней, пока я выполняла ряд акробатических и силовых упражнений за ареной, с удовлетворением слушая утробное мычание быков в денниках, свершилась сия историческая встреча. Но узнала я об этом не от прыткого Огюста, как ни странно, а от своей подруженции Джолины, одной из цирковых акробаток. Она подбежала ко мне, воздушная и лёгкая, в простом хлопковом платьице. Её узкая грудь восторженно вздымалась.
- Милочка! – кричала она мне, размахивая разноцветным платочком, сдёрнутым с головы. – Там твой… там твой явился!
В тот момент я делала сложную вертикальную стойку на турнике и от неожиданности чуть не слетела вниз головой.
- Кто явился? – осведомилась я в непонимании, водворяя едва не вывернутый плечевой сустав на место.
- Светлейший синьор пожаловал! Со всей свитой! Он нынче здесь, недалеко, у персикового сада Полиньи.
Интересно, что теперь заставило этого затворника покинуть свою золотую клетку?
- Я не знаю, - беспечно взмахнула ресницами циркачка. – С ним рядом Фроська-агроном топтался в одиночестве.
А! Я и позабыла о новой затее Занлара удариться в агрономию!
- Слушай, Рошенька, познакомь меня с ним, пожалуйста! – слёзно попросила Джолина. – Я так об этом мечтаю! Я бы пригласила его на наше представление. Тавромахию же он видел. И с людьми его познакомь!
- Какими людьми? – спросила было я, но вовремя опомнилась. Не стоит ей говорить про оборотней.
- …они все такие красивые и яркие! Боюсь, они сейчас уйдут, и я больше таких людей в жизни не увижу!
Циркачка Джолина была сущим ангелом: круглые голубые глаза, круглое полнолунное лицо в ареоле светлых льняных волос. Сама маленькая и нежная, косточки рук и ног тоненькие. Глядя на неё, и подумать было нельзя, что эта птичка, когда подходила к цирковому снаряду - будь то трапеция, куб, шар, воздушное кольцо или полотно - превращалась в настоящую орлицу, покоряющую купол цирка с такой силой и лёгкостью, что другим и не снились. Несмотря на свои шестнадцать лет, она оставалась наивной и ребячливой. В общем, существо Джолина была прелестное. С непритворной мольбой она воззрилась на меня своими большими глазами.
- Я занята, Джолина. У меня тренировка, а потом мастера всех собирают на квалификацию, - а учитывая, что там будет неугомонный Огюст аттестовываться, это ещё неизвестно, во что превратится и на сколько затянется. – И даже если бы я была свободна, всё равно не согласилась.
- Но почему? – заломила руки просительница.
- Да что вы все ко мне пристали? – сердито ответила я. – Сказала, не пойду, и разговору конец!
- Ну пожалуйста! Ради меня! – тщетно упрашивала Джолина.
Она послонялась около меня без дела. Потом с лёгкостью вспорхнула на соседний турник и с самым беспечным видом, словно это самое простое и естественное, что можно сделать, совершила несколько оборотов. Вошла в стойку и изящно выгнула спинку, аккуратно выставив носочки перед собственным носом.
- Складно вышло, - одобрительно заметила я.
- Это пустое, Ла-Рошель, баловство. Вот то, что делаешь ты, по-настоящему восхищает. Ой, а можно я посмотрю на быков? – попросила вдруг Джолина.
- Пожалуйста. Заходи в амбар. Все, кто есть, там, - сказала я и указала на почерневшую от времени и непогоды деревянную развалюху близ арены.
Джолина грациозно спорхнула на землю и умчалась внутрь. Кажется, она уже и позабыла, зачем явилась. Я не сдержала вздоха облегчения.
Едва она скрылась, как на меня налетела новая напасть. Огромный золотисто-красный ястреб покружил надо мной и чуть не спикировал на голову.
- Какого ещё чёрта! – ругнулась я, проклиная оборотня.
Но в человека он обращаться и не думал. Сел на край разбитого пустого корыта и уставился на меня жёлтым глазом. Это не Моа и не Зуларет.
- Чего тебе? – зло спросила я безмолвствующую птицу.
Она ничего, конечно же, не ответила. Повернула голову и многозначительно посмотрела вдаль.