Кажется, доктор решил покинуть эту вечеринку. Видимо, забыл, что у нас назначена встреча. Ну так я ему напомню.
Раздался ещё один леденящий душу звон, и крыше домика появилась ещё одна дыра. Пожилой повстанец, покрытый коркой льда, вылетел наружу и грохнулся на землю. Пленники, державшие меня, отступили и попадали на пол. А я тут же сиганул к следующему дому — Феликс уже был внизу. Фрик с щитом сцепился с парой ополченцев, а водитель запихивал доктора в помятый «дефендер».
Уходит сволочь! От почуявшего погоню шакраса по мне проскочил очередной импульс энергии. Моей новой генетической памяти очень нравилась погоня, и сейчас я был с ней солидарен. Уже собрался рвануть наперерез, чтобы сразу на крышу прыгнуть, как со стороны лаборатории раздался самый настоящий рёв. Вот и Ульрик нашёлся!
Только радость от узнавания тут же сменилась горечью, стоило посмотреть, что там происходит.
Ревел Ульрик, но ревел уже как раненый зверь. Ещё опасный, но уже на грани отчаянья. Как-то вообще всё там быстро произошло. На площадке перед лабораторией стоял Борей, окутанный защитной снежной дымкой. Руки разведены в стороны — одна направлена на Ульрика, пытающегося встать с колен и идти. Мостик, на котором он противостоял силе Борея, ходил ходуном и постепенно покрывался льдом. По дощечке, по сантиметру на перилах нарастал снег, стремясь добраться до гиганта.
Но это было ещё полбеды — вторая рука со скрюченными пальцами морозила Датча и Деми, окружённых фриками. Которые только что приняли их на верёвках. Рядом ещё был третий лазутчик, но уже мёртвый. Придушенный той самой верёвочной лестницей.
Плохо! Очень плохо. Ещё и близнецов в очередной раз скрутили, чтобы они не рвались к отцу. А Ульрик боролся — уже ноги по колено были припорошены снегом, а он всё пытался дойти до Борея.
Я посмотрел на парковку. «Дефендер» пытался разъехаться с тем бардаком, который натворил монстр-трак. Получалось у него средне, но свет в конце туннеля был не за горами. Пара минут и всё — вырвутся. А вот есть ли пара минут у наших?
Надеюсь что есть.
А то быстрее я всё равно ничего с Бореем не смогу сделать. Дверь в штаб всё ещё была открыта, туда я и побежал. Спасибо шакрасу — подвесной мост даже не шевельнулся, а силуэт размылся до состояния призрака. В следующее мгновение я был уже возле двери, на ходу срисовал всех, кто был внутри. Один на моём уровне и ещё один наверху.
Первый автоматчик, с интересом наблюдавший в бойницу за представлением Борея вообще ничего не понял. Я бесшумно проскользнул внутрь. Прокрался вдоль длинной стойки, заменяющей и бар, и кухню, и, прикрыв ему рот ладонью, пырнул несколько раз. От фрика прямо разило чем-то химическим и кожа на ощупь была жёсткой и шершавой, но сталь древних этого всего не заметила.
Второй что-то услышал, две ноги появились в проёме люка. Он начал что-то спрашивать, но я уже подхватил его за ногу и сдёрнул вниз. О перекрытие клацнула челюсть, и по ступенькам он скатился уже с окровавленным лицом. Ещё и кончик языка за ним прилетел, шмякнувшись на пол. Снова два удара ножом и фрик затих.
А вот снаружи нас услышали. Ко второй двери кто-то шёл, притопывая на подвесном мосту. Я глянул в бойницу, подхватил автомат. Старенький, видавший виды АК-47. За ним ещё и ухаживали хреново, но магазин полный, есть два запасных. И я точно знаю, что он ещё может стрелять. Снова выглянул в бойницу, срисовав фрика, подошедшего к двери. И в спешном порядке осмотрелся. Здесь что-то типа кухни и комнаты отдыха. Генератор, холодильник… Чёртов холодильник — вот зачем, спрашивается, Борею холодильник? Тороплюсь, нервозность подкрадывается. Так что вопрос скорее риторический. Хотя… Если есть холодильник, то есть и плита? Ещё раз посмотрел на стойку и уставился на два чёрных круга, рядом с которыми стояла посуда. Медный чайник, сковородка с засохшей едой, прочая дребедень. Всковырнул ножом чугунный лючок и отпрянул от пахнувшего жара. Перескочил через стойку и нашёл небольшую встроенную печку. Подбросил валяющихся тут же дров и поставил сковородку на плиту, а в угли воткнул нож. Не подведи меня чудесная сталь древних! Ты удивительная — и резак, и ломик, и сейчас надо справиться!
В дверь постучали. Тягучий невнятный голос промычал что-то в духе: открывай, свои и какого у вас там происходит. И когда я не ответил, ударили ещё несколько раз. Уже явно с ноги. Я посмотрел на сковороду, потом на дверь и на замок, потом подскочил к бойнице. Борея не увидел, только кусок вихря и уже синего Ульрика, обмороженного почти по пояс. Есть шанс, что отпоют «Живинкой», но если дойдёт до сердца, то Аркадия может меня не удивить.
— Шакрас, вот сейчас нам надо сделать всё очень быстро и правильно, помогай, — я повесил автомат за спину, подхватил первую попавшуюся тряпку и обмотал левую руку. — Может быть, будет больно…
Досчитал до десяти. И левой рукой схватил уже покрасневший нож, а в правую взял сковородку. Руку жарило просто адски, но геном понял меня правильно и что-то подшаманил, снизив болевой порог. Подошёл к двери и ногой сбил засов. Дверь тут же распахнулась и на меня удивлённо уставился фрик.
— А вот твоя панама, — прохрипел я сквозь зубы и ударил фрика сковородкой по лбу.
Лоб выдержал, но хрустнула шея. Упасть я ему не дал, подхватил плечом и вынес наружу. У вас у всех есть щит, мне тоже надо.
И побежал. Пока никто ничего не понял и пока всё не остыло. Месть, может, и надо подавать холодной. Но у нас здесь — расправа над беспределом!
Я толком и не видел ничего. Мостик прямой — особо не свернёшь. Зато чувствовал — кто-то из фриков среагировал и открыл по мне огонь. Чуть ли не отбрасывая меня на каждом шагу, щит потяжелел, но пробить его так и не смогли. Кто-то умный пальнул по ногам, и вроде пара дробинок меня достали. Но мне уже было всё равно. Почувствовав, что Борей близко, я сбросил на него тело и прыгнул следом, активируя «Ауру ужаса». Сковородка моментально остыла, как только соприкоснулась с защитой Борея. Даже в руку прилетело, будто её дверью морозилки прищемило.
Но главного я добился! Борей сбился, ледяные потоки, что заживо морозили наших, оборвались. Ульрик заревел, разгоняя кровь в жилах, и бросился на ближайшего фрика. На его рёв проснулись остатки повстанцев, включившись с новой силой. Деми была в отключке, но полуживой Датч уже приводил её в чувство. Всё это разом промелькнуло перед глазами, тут же сузившись до холодных синих глаз Борея. Он легко отбил обледеневшую сковородку в сторону и шагнул мне навстречу протягивая скрюченную ладонь. В неё я и воткнул ещё горячий нож.
Ладонь Борея моментально покраснела, покрывшись волдырями. Он медленно, словно в шоке, посмотрел на неё, потом также медленно перевёл взгляд на меня. В ледяных глазах у него бушевало пламя. Не знаю, если бы в аду было холодно, там бы такой же синий огонь горел.
— Убью, — прохрипел Борей.
— Извини, но тут очередь… — кивнул я и выдал в упор весь магазин автомата.
Почти весь, последние четыре пули достались фрикам, мешающим высунуться повстанцам. И после этого уже устало опустился на мостик. Посмотрел изрешеченного Борея, сорвал с него небольшой кожаный подсумок и столкнул его к паукам.
— Ты как? — в поле зрения появился Датч. — Возьми «Живинку». Ты не чувствуешь, что ли, что тебя задело?
— Пока ещё нет, — неуверенно сказал я и посмотрел на залитый кровью биомонитор. Чёрт, моей кровью! Хорошо, конечно, иногда боль не чувствовать, но так и доиграться можно.
— Пей побольше, мы здесь сами закончим. Без Борея и бригадиров — это уже просто мясо, — сказал Датч и усмехнулся, поняв, что ляпнул.
— Насчёт меток… — начал я, но голландец меня перебил.
— Обижаешь! — хмыкнул он. — Конечно же я повесил метку на доктора.
* * *
От автора: Продолжение по ссылке — https://author.today/work/455433