— Доброе утро, Аркадия, — процедил я, не открывая рта. Но хотя бы радует, что эта мелочь страшна, но пуглива.
Прислушался к звукам за стеной. Вот если бы только что не увидел пыль с характером, реально подумал бы, что где-то в отпуске на свежем отпуске. Птички поют, ветки шелестят, что-то типа шмеля (по звуку) мимо прожужжало. Снизу скребется кто-то, наверное, мышки…
Чувствовал я себя средне. Лихорадка прошла, жар спал, но слабость еще присутствовала. Если прикинуть в процентах, то бодрячком я себя ощущал где-то на четверть. И очень хотелось пить, и даже, наконец, появилось желание что-нибудь съесть.
Поворочался, разминаясь, и поднялся. Уперся головой в потолок и, держась за него одной рукой, а второй прикрывая рот с носом, пошел искать выход. Вокруг было пыльно (но уже по обычному), грязно и мусорно. Мир, может, и другой, но чердак — везде чердак. Использовали его для хранения всякого хлама, который было жалко выкинуть.
А Делахантам, похоже, жалко было выкидывать даже откровенный мусор. Еще вечером показалось, что дом очень плох. Странно, вообще, как здесь люди жили. Но внутри было еще хуже. Может, они сами ушли?
Но нет.
В поисках люка пришлось раскидать несколько трухлявых ящиков и совсем уж гнилых досок. Вообще, не помнил, как забаррикадировался, видимо, на автопилоте. А как в сам люк подтянулся, вообще, загадка. Лестницы не было, до пола почти два метра. А на самом полу первые следы, что ушли не сами. Я бы даже сказал, не хотели уходить.
Широкий кровавый след, будто кого-то протащили через коридор. А он еще и сопротивлялся, оставив в деревянном полу борозды от ногтей.
Хоть все уже и засохло, было видно, что крови много. Она пропитала дерево практически до черноты. Я свесился и выглянул по сторонам. Заглянул в пару распахнутых дверей и одну сломанную. Определил нечто похожее на спальни и на ванную. Бардак проглядывался такой же, как и на чердаке. И было сложно угадывать, это Делаханты такие мусорщики или тот, кто их забрал все раскурочил. Но признаков опасности не было, кроме повторного шуршания на первом этаже.
Спрыгнул, лишний раз вспомнив, что нужно найти обувь. Мельком заглянул в комнаты, сразу поняв, что ее я там не найду. Максимум ножку от кровати вместо оружия и пару дырявых простыней взамен больничной пижамы.
Дошел до лестницы, подождал, немного моргая, принюхиваясь и вслушиваясь. Даже в ухе поковырял — но прошлые суперспособности не включались. Типа организм устал? Или, активация только в стрессовых ситуациях?
На ступеньках нашлись еще следы. Валялся оторванный рукав, вероятно, женского платья — в тех местах, где белое не потемнело от крови, можно было разглядеть вышивку в виде цветочков.
Я щелкнул ножом, выдвигая лезвие. И, держа его наготове, пошел по ступенькам. Старался не наступать на пятна. К темным кровавым добавились помельче и с зеленым оттенком. Там, где они были, дерево словно проело кислотой. Воображение сразу нарисовало какого-то крупного монстра, стащившего бедную женщину по лестнице и закапав все ядовитой слюной.
Когда спустился на первый этаж, шуршание прекратилось. Я оказался в коридоре перед проемом, ведущим в обеденный зал. В центре стоял деревянный стол, вокруг него лавки, в углу сделали камин, по бокам которого стояли стеллажи. А над ним висел рогатый череп буйвола, такой, как любят вешать на бамперы. Только зубы явно были не травоядными. У меня лезвие ножа было короче, чем боковые клыки.
На столе была посуда с остатками засохшей еду. Скорее всего, тот, кто напал, сделал это во время семейного ужина. Застал в врасплох и уже устроил пиршество сам. Кровью было забрызгано все, словно какой-то художник размахивал кистью. Взмах — и рисунок на стене, взмах и абстракция на потолке. Там еще что-то прилипло из человеческих запчастей. Ну или в этом мире странные представления о декоре и волосатая люстра со встроенными ушами — это признак стиля.
Более-менее чистой была стена с камином. На полочке даже каким-то чудом уцелела фотография в толстой бронзовой рамке.
Типовое фото в духе: мы с семьей выбрались в город, а фотограф не понял, что снимать. Четыре человека в одном углу кадра и широкая городская площадь на всю оставшуюся часть. Три мужчины и одна женщина, одетые в таком же стиле, как и ирландцы. Тучный бородатый отец семейства в центре, рядом маленькая женщина в чепчике и по бокам два рыжих лба, чуть ли не близнецы. Все крупные — одежда мне явно будет велика.
Но это было не главное! Главным для меня был город. Даже с большой буквы Город! Наглядно показывающий, что цивилизация в этом мире есть. Я разглядел отделение почтовой службы — трехэтажное здание в стиле современного банка. На торце здания, рядом с гербом службы была изображена крупная римская цифра два.