Часа полтора я сканировал небо, то играя в угадайку в попытках собрать звездный пазл, то пытаясь все это развидеть. Уже можно было глаза закрыть, а все равно перед ними мерещились звёзды. Наконец, что-то нашел! Пару точек, которые с натяжкой можно было принять за уши, неподалеку — нос и тело в виде косой трапеции. Там и хвост оказался. Вот только на путеводную звезду он не тянул. Наверное, самый блеклый из всего созвездия.
— Там, где Малый, должен быть и Большой, — проговорил я, обращаясь к звёздам. — Может, ты как раз Большой…
Стал искать дальше, развлекаясь, придумывал названия. Клюшка, песочные часы, хотя, скорее балалайка. Птица, перевернутая птица, змея, рыба. Ещё рогатка, осьминог и кракозябра…снова кракозябра. Раздвоенная кракозябра — глаза уже слезиться начали.
Я подбросил дров в огонь, глядя, как пламя пожирает раздвоенные белые точки, въевшиеся под веки. Мне кажется, что карта звездного неба у меня уже на сетчатке отпечаталась. Но огонь помог, типа перезагрузил картинку, и я продолжил искать дальше. И нашел! Практически сразу — будто мозг, наконец, понял, что от него хотят, и зацепил нужное, отбросив лишнее. Либо в небе что-то поменялось, но одна звезда прямо разгорелась. Та самая, что могла быть кончиком хвоста.
Зафиксировал ее в памяти и дополнительно вбил в землю два колышка с подсказкой. Почувствовал, что обманывать организм больше не могу. Вернулась слабость, начало знобить. Это уже даже не откат, после мобилизации всех сил. Это какой-то откат отката.
Как назло, вокруг никого не было, кроме спящих бабочек. В принципе, я уже готов был древолазов в углях запечь, но все трупы кто-то ушлый успел растащить, пока я ещё в берлоге грэйрэма находился. При этом сами падальщики на глаза попадаться не спешили. И не нападал никто. Либо я, капец, какой везунчик, либо ночные хищники в отличие от древолазов признали шакраса и свалили куда подальше.
В итоге напился воды, проверил девушку и сам задремал, прикрыв один глаз. Второй сам закрылся, хотя полностью я не отрубился. Либо инстинкты, либо вернувшаяся лихорадка. Нырнул в некое подобие тревожного небытия и по ощущениям тут же вынырнул, среагировав на стон девчонки. С трудом разлепил глаза и понял, что совсем скоро начнет светать.
— Съешь меня… — донеслось от раненой, хотя я не был уверен, что она сказала именно это. И даже что вообще хоть что-то сказала.
Прислушался, осматриваясь.
— Выпей меня… — это уже донеслось от ручья.
Черт! Я будто Алиса из сказки, а на всем питательном ярлычки развешены. Даже рассмеялся от таких ассоциаций.
— Не-е, так дело не пойдет, — прошептал я, умылся и напился ледяной воды.
Надо идти, пока я сам тут не окочурился.
Размялся и, пошатываясь, подошёл к девушке. На удивление легко поднял ее и, глядя на подсказку из палочек, понес ее по пути хвостатого пса.
Через несколько часов, когда уже первые лучи солнца начали припекать, девушка открыла глаза.
Как я столько прошел, оставалось для меня загадкой. Единственная версия — попытка не сбиться с курса. Я настолько старался не упустить хвост, что просто забыл обо всем остальном. Даже про девчонку на руках. Исхудавшая, практически невесомая, она прижалась к моей груди и лишь изредка вскрикивала, когда я задевал ветки. Шаг, ещё шаг — на автомате просто потому, что надо было идти.
И когда она, наконец, очнулась, я чуть ее не выронил. Без сил опустился на землю. Кажется, сам не понимая, где я, куда я, и почему руки онемели.
— Спасибо, — прошептала девушка.
Я посмотрел на нее с опаской, а то вдруг шакрас у нее на лбу уже калорийность написал, разложив на белки, жиры и углеводы. Хотя откуда там жиры, сама бледная как смерть. На этих мыслях вспомнил грэйрэма и сразу же все остальное. Разозлился и хоть как-то пришел в себя. Положил девушку на землю и рухнул рядом сам.
— Как тебя зовут? — спросил я, доставая бутылку воды из рюкзака. Нащупал книгу, которая так и путешествовала со мной, пробежался пальцами по корешку, но доставать и смотреть, что же там, не стал. Теперь это будет символом для меня, открыть ее в нормальной обстановке. — Ты ведь не из Делахантов?
— Нет, — всхлипнула девушка и поморщилась от боли, попытавшись сесть поудобней. — Это наши соседи. Я видела их… Как их… Это чудовище, оно принесло…
Она старалась сдерживаться, но начала всхлипывать и разрыдалась. Успокоилась через пару минут, утерлась равным рукавом, став еще более чумазой.