— Хорошо. Но предупреждаю сразу, обманывать я не буду его. Честно объясню все сама, и предложу поехать. В любом случае, вольный капитан с загадочных Осарских островов будет интересен многим домашним девушкам. Не сложатся отношения у нас, так я смогу познакомить его с другими девушками, с которыми знакома сама. И еще я попрошу его не дарить никаких тотемов. По крайней мере, до того времени, пока мы не будем уверены во взаимности чувств. Спешить ради возможности застать меня врасплох и добиться реакции, исходя из эффекта неожиданности, уже поздно. Весь план у него провальный с самого начала был. Я не принимаю подарков из чужих рук, будь они хоть из золота, хоть с отборными алмазами! — строго ответила я, решив выставить свои условия, пока это еще возможно. Терять и так мне нечего, а время могу упустить.
Посмотрев на меня странным взглядом, где среди прочих неопознанных мной чувств было уважение, леди-хозяйка одобрительно кивнула.
— Замечательный способ сразу поставить на место ухажера, который тебе не интересен. После отказа принимать от него дар, преподнесенный хоть прилюдно, хоть в темном уголке сада.
— Касается это не только ухажеров, а всех мужчин! Любого возраста и статуса при условии, что они не являются королем, принцем и моими родными. Первым двум, увы, отказывать себе дороже, сами понимать должны. А семья — это святое для меня.
— Да. Благодарность и предрасположенность королевских особ порой бывает навязчивой и даже чрезмерной, но отталкивать эти руки не стоит никому.
Кивнув, я едва не вздохнула тяжко. Удержалась буквально в последний момент. Мое отношение к озвученному мной мнению должно быть нейтральным. Всякое проявление эмоций может сыграть против меня. Так что держим маску истинной леди до самого конца.
— Прости меня, старую сводницу, Тиана Ириссон, — вновь сменила тактику собеседница, разыгрывая карту пожилой матроны, заботящейся о будущем родных. — За то, что навалилась на тебя и требую слишком многого. Просто Зефт на моей памяти впервые столь сильно увлекся женщиной. Возможно, это всего лишь глупые мужские мечты, вытащенные из прошлого, чем действительно имевшие место в реальности события, но я не могу не попытаться помочь ему. В память о почившей сестре.
— Я понимаю вас, хоть и не могу полностью одобрить такой метод помощи. Но мы всегда будем делать для наших близких все возможное, стремясь помочь и защитить их интересы. Как для младших, так и тех, кого с нами, увы, уже нет.
— Да-да. А еще моя бабушка однажды сказала мне, что те, кого мы растим в любви и ласке, позже остаются беззащитными перед большим горем. Например, таким, как гибель родителей. И наоборот, те, кого не особо окружают теплом, обладают силой вынести практически все. Но если первые тянутся к любви и на ее основе строят свои семьи, вторые задумываются о расчете и отступают от законов нашего мира. И я не желаю, чтобы мой мальчик пошел по их стопам, разочаровавшись в жизни еще один раз.
— Но и меня поймите, я не собираюсь нарушать законы мира ради вашего расположения к моей семье. Это сделает вашего же племянника еще более несчастным, чем мой безоговорочный отказ, озвученный сразу.
— О, нет! Не нужно идти на поводу лишь у его желаний. Из подобного ничего хорошего и не выйдет. Напротив, без подтверждения в храме Зефт будет страдать дольше и намного сильнее. Все должно быть либо по обоюдной любви, либо окончиться еще здесь, на островах. Тут он сможет уберечь собственное имя от позора.
— Итак, нужно наше общение, чтобы не остаться в будущем несчастными, — подытожила я, желая прекратить танцы с бубнами. Они порядком надоели мне, но и прогнать леди-хозяйку я не могла. Однако, этого и не потребовалось. Она сама прекрасно понимала, что разговор подошел к с своему логическому концу.
Провожая нежданную гостью, я вновь долго гуляла по дорожкам, не замечая ничего вокруг.
Благородные мотивы леди делали ей честь, но результат такой помощи мог грозить мне приобретением второго мужа. Глупо скрывать, что Зефт не вызывает во мне отторжения, скорее, наоборот, с каждой нашей встречей он кажется более привлекательным претендентом. Да, это еще не любовь, а лишь интерес к незаурядному мужчине, но что-то подобное я испытывала и к Рольфу. Кстати, и в тот раз мое окружение меня поддерживало и подталкивало в его объятия.
Я понимала, что сейчас во мне сопротивлялась моя старая личность из мира, где подобное не допустимо и не прилично. Хотя…
Если рассуждать логически, то многих своих знакомых коллег-женщин, что пусть и не часто меняли любовников, но уж точно не реже раза в год, я могла отнести к тем, кто и так практиковал многомужество. Пусть и не проживали они вместе одновременно, но это уже детали. Они разыскивали того самого, который смог бы и удовлетворять их в постели, и мог поддержать беседу, и хоть в чем-то помогал в их делах. А вот в этом мире, им не пришлось бы выбирать. В храме закрепили бы свои искренние чувства поочередно навсегда, и жила бы такая искательница с тремя сразу и горя не знала.