Достаточно редко выпадали спокойные часы для наших совместных прогулок. В этом мире я стала немного эгоисткой, и не хотела слушать о проблемах Кристаль постоянно. Да, не отказывалась выслушать, подержать ее за руку, но не вызывалась вытирать слезы постоянно. Радовало, что Кристаль не желала утешения. Ей требовалась поддержка, понимание и время.
На светское общение тратилось очень много времени, и на Кристаль его оставалось куда меньше, чем я думала изначально. У нас были совместные приемы пищи, вечера в кругу делегатов и хозяев, и небольшие прогулки.
Именно на последних и получалось быть откровенными, не оглядываясь на тех, кто находится рядом. Обычно мы прогуливались по саду, находили там укромный уголок, и устроившись на одной из многочисленных лавочек, я слушала бедную девочку. Узнавала еще немного о том, как она жила с семьей до трагических событий. Про заботливых братьев, отстраненную, но терпеливую мать, справедливого и любящего отца.
Тема рабства пока была для нее неприкосновенной. Да и нечего, по сути, ей было рассказывать. Ее не избивали, не насиловали физически, не морили голодом. Быт бывшей принцессы был однообразным, если дело не касалось дней охоты, и не отличался от того, как жили младшие служанки. Такая же, как у них, комната, с одной кроватью и небольшой тумбочкой, служившей ей шкафом, столом, и даже стулом. В ее обязанности входила уборка в погребе и на чердаке. Там, где никто бы ее не увидел из посторонних даже случайно. Монотонная работа давала Кристаль возможность тренироваться в магии и разрабатывать план побега. Мы успели лет на десять опередить ее надежды на обретение свободы. На этом свою прошлую жизнь в роли рабыни она оставила под надежным замком, поведав начальнику стражи сухие факты на допросе. Где и когда нападали, кого примерно убили и сколько несчастных было при каждом нападении. Увы, она не знала и трети нужных данных. И ее оставили в покое, переключившись на остальных, уже на третий день расследования. В тот раз она смотрела лишь на меня, явно не желая быть слабой для них.
— Знаешь, раньше я никогда бы не посчитала себя сильной для всего этого, — она непроизвольно провела рукой, словно не понимала, как более понятно объяснить, о чем она сейчас говорит, не облекая мысль в слова.
— Никто не смог бы так сразу сказать, выдержит ли он, не оказавшись в подобной ситуации. Я одна из них. Это с мужьями и семьей я такая сильная и смелая. А окажись одна… Понятия не имею, что бы я делала. Может быть, закрылась в своей комнате, боясь выйти на улицу лишний раз.
Кивнув, Кристаль уставилась невидящим взглядом на цветущую клумбу. Светило солнышко, жужжали работящие пчелы, собирая нектар. А мы ушли подальше от часто используемых дорожек дворца, оставив позади леди, что устроили пикник с игрой в шарады. До нас доносился смех и едва различимые возгласы проигравших и победителей. Беззаботные дети, что тут еще скажешь.
— У меня была чудесная семья. Однако я скучаю лишь по братьям. Это странно? — посмотрела на меня в упор нахмуренная девушка.
— Не думаю. Мы не выбираем, кого любить сознательно. Это происходит само, — пожав плечами, я усмехнулась, покачав головой. — Не спрашивай меня, как. К обоим мужьям меня подталкивали окружающие, замечая что-то, чего не увидела я сама. Да, я очень люблю их, можно сказать, обожаю, но когда это случилось и как началось, для меня настоящая тайна, покрытая мраком.
— Это такой тонкий намек, чтобы я не расспрашивала о личном? — с улыбкой спросила Кристаль. — Поверь, я не настолько навязчива. И к тому же много слышала от братьев, какой разной бывает любовь. Надеюсь, мои сестры смогли полюбить по-настоящему. Их браки были слишком поспешны…
— Ты сможешь узнать об этом у них сама. Не прямо сейчас, конечно. Но потом, когда вся ситуация уляжется полностью
— Ты думаешь, мне позволят их навестить? — чуть подалась вперед Кристаль, явно боясь поверить в мои слова.
— Кристаль, почему ты все еще считаешь себя пленницей? Разве мы обижаем тебя? В чем-то ограничиваем?
— Нет, но короли запретили посещать близких. Что изменится теперь? И как долго ждать, прежде чем я смогу их увидеть?!
— Не знаю. Прости.
— На искренность нет смысла обижаться.
— Потерпи, — протянув руку, я погладила ее сжатые ладони. — Не в ближайшие лет десять, конечно, но ты увидишь сестер. Когда мы вернемся в Саравию, ты сможешь успокоиться. Поселишься в доме моих родителей, если желаешь быть среди мелких детей, приносящих хаос и веселое настроение. Может быть, король позволит тебе остаться у нас с Рольфом и Зефтом, став моей подопечной. У нас обычно тихо, мы много работаем и отсутствуем, а значит, будет спокойно и вполне уютно. Или же купишь собственный дом, любой, какой пожелаешь. Обставишь его по собственному вкусу, наймешь людей, начнешь что-то производить, продавать, а значит, становиться независимой в глазах окружающих. С каждым днем это будет понятно всем больше и больше. Что бывшая принцесса не похоронила себя вместе с родными. Она способна двигаться дальше и уверенно смотрит в будущее.