Поблагодарив за завтрак, я осталась на террасе, попросив принести мне парочку книг. Отыскать их для девчонок будет непросто, ведь я даже не помнила, в какую магическую сумку запихнула их. Купленные ради развлечения еще в начале путешествия, но позабытые, как только меня загрузили работой. Со всеми этими приключениями в каждой новой стране, открыть их в спокойной обстановке было мечтой. Теперь же я читала сборник легенд и наслаждалась солнечным днем посреди зимы. Чем не сбывшаяся мечта для той, кто ни в одном из миров никак не может научиться просто жить, а не работать?
После легкого обеда я даже подремала пару часов. Проснулась от настойчивого увещевания моей горничной, что пришел наш принц, явно по важному государственному делу. Она никак не могла привыкнуть к тому, что к Грольдону я не бегу, сломя голову.
Пока умылась и переоделась, прошло не менее десяти минут, прежде я предстала перед ликом непогрешимого наследного принца.
— А ты устроилась лучше, чем я. Даже завидую. Столько вкусностей и на обед, и на десерт. Настоящий рай, — судя по убираемой девушками пустой посуды, свой поздний обед Его Высочество уже умял.
— Завидуешь или просто ради начала разговора рот раскрываешь? — спросила я, устраиваясь напротив него.
— Ого, — ошарашено повернувшись ко мне и перестав разглядывать парк, расположенный под нами, он внимательно осмотрел меня и покачал головой. — Я, конечно, понимал, что тебе непросто работать с этим рыжим, но не до такого же резкого восприятия реальности.
— Давай без психологии. Я устала, и одного дня мне явно мало для отдыха. Придумай что-нибудь.
— Тебе дадут пять дней, как и полагается при женском недомогании, — отмахнулся он, растирая спину.
— Но у меня не они! — возмутилась я, чувствуя, как щеки заливает густой румянец, спустившийся даже на шею.
Рассмеявшись от моего вида, Грольдон запил свою радость прохладным свежим соком ананаса.
— Послушай, когда у меня, как у руководителя, спрашивают почему отсутствует ведущий договорник, прежде чем выдумывать простуду с температурой, нужно подумать о том, не раскроют ли в будущем твой, а с ним и мой блеф. Слуги шепчутся, и многие смогут подтвердить, что ты в момент болезни отдыхаешь, устроившись почти на улице. А вот если любому мужчине намекнуть, что подобное недомогание не заразно и настигает только женщин, никто и слова не скажет. Дело в том, что мы боимся этих ваших дней, не обижайся на правду.
— Я поняла тебя, вредный ты трусишка. Откровенность спасает нас от дальнейших вопросов и обосновывает мой отпуск посреди первого периода составления обязательных договоров.
— Он был огорчен твоим сегодняшним отсутствием. Первым спросил и не особо желал общаться с парнями, — дерзкая усмешка на лице принца казалась мне зловредной, почти пугающей.
— Мне должно быть все равно, — покачала я головой, но поняла, что сердце забилось, как после долгого бега.
— Знаешь, я назначил тебя в его оппоненты в надежде, что ты сможешь отыскать в нем недостатки, и тебя отпустит эта влюбленность. Противопоставляя себя кому-то, кто ранее казался необычайно притягательным, мы быстрее сбрасываем оковы очарования.
— Ты заметил? — я тяжко вздохнула и посмотрела на него. — Думала, я быстро захлопнула душу и никто не заметил не нужного.
— Я заметил еще на балу. Так пялиться на мужчину для тебя не в порядке вещей. Но другие из наших думают, что ты просто устала или беременна. Они же так хорошо тебя не знают, — пожал плечами Грольдон и посмотрел на меня с вопросом. — Какую причину отказа он высказал тебе?
— Его не интересуют жены, не готовые жить в его же стране, а я, как ты понимаешь, не могу покинуть Саварию.
— Необычные у него запросы, — задумчиво проговорил принц и кивнул собственным мыслям. — Что с моей помощью? Я провалился?
— Нет. Вернее, да, — тихо застонав, я откинулась на спинку и несколько минут молчала, подбирая слова. — Он все еще для меня самый красивый. Твоя помощь не сработала так, как ты надеялся. Но я определенно ему не интересна, а он мне очень даже интересен. И как личность, и как тот, кого я полюбила с первого взгляда. Не понимаю, как такое вообще могло со мной случиться!
— Ты про свою четвертую любовь? А почему, собственно, нет? — неподдельно удивился мой друг. — Два любимых супруга не мешают влюбляться еще и еще. Чувства к Альяну уже вполне оформились и стали стабильной любовью, которую ты хоть в этот раз не отрицаешь. А четвертый супруг, к сожалению, не нашедший в себе сил принять самое важное решение в жизни… Он вполне вписывается в канву твоей деятельной натуры.