— И все равно, нет. Дело не в том, что я хочу поднять свой статус, придя с тобой как жених. При других обстоятельствах я был бы в восторге. И я ценю твое рвение. Мне лестна твоя забота и всей твоей чудесной семьи без исключения. Отплатить позором на ваши головы я не желаю.
— О каком позоре ты говоришь? — я запуталась в его суждениях.
Мелочи, связанные с постоянными сплетнями… Они незначительны, если сравнивать с моей любовью к нему. К ним всем.
— Я безымянный! — громче, чем следовало, ответил рыжик. — Как ты не понимаешь, милая моя девочка. О таких судачат годами, называя ублюдками. И если ты любишь меня, не заставляй уходить во благо твоей семьи. Не прогоняй своей настойчивостью.
Скиф покачал головой и умоляюще посмотрел на меня своими тигриными глазами.
— Не прогоняй ради глупого хвастовства мной. Дай сперва вступить в твою семью, а потом уже… Да хоть на поводке выгуливай перед толпами своих знакомых!
Его вид, печальный и встревоженный, заставил всколыхнуться все в моей душе, и переключить в разуме пару кнопок. Мой рыжий мужчина тревожился за мое будущее. За ту тень, что он бросит на меня, если о его прошлом узнают. В их стране все иначе. Там говорят в лицо все, что думают. Для него появиться на людях без имени — значит нанести семье оскорбление. Он жил здесь, в нашем доме, помогал моей семье, и не высовывался, как я понимаю, до моего появления в стране. Сейчас он хочет построить семью и сделать это по своим правилам. По правилам Эльфары.
— Тебе так важно, что они скажут? Лорды и леди, с которыми ты не знаком? — спросила я и сама же ответила на свой вопрос. — Нет, не думаю. И это явно не слухи про тебя, раз ты не догнал нас и не стал ухаживать за мной намного раньше. Ты приехал сюда, на мою территорию и помогал моей семье. Не просто жил в свое удовольствие, а стал разбираться с моими проблемами, облегчая мою жизнь после возвращения. И все это без моих просьб и не будучи уверенным, что я приму тебя.
— Я люблю тебя, что тут странного, если я хочу позаботиться о благосостоянии той, о ком думаю, не переставая? — смутился Скиф и залился едва заметным румянцем.
Если бы не его светлая кожа, то я могла подобное и упустить.
— Очень лестно слышать столь милые слова, но подобное не объясняет твою опеку сейчас. Не в полном ее объеме. Знаешь, что я думаю? Ты хочешь быть для своего будущего ребенка лучшим примером благородства. Это похвально, но не стоит забегать настолько вперед.
— Я не пойду на этот знаменательный бал, потому что хочу войти в историю своей новой страны, как твой супруг. Как Ириссон. Хочу быть как Зефт и Альян. Они твои мужья, и именно в подобном качестве прибыли в Саравию, а не те, кем были раньше в своих странах. Вот чего я хочу. Надеюсь, что в день представления миру первенцев, я уже буду твоим супругом.
В его словах была истина и я понимала его, как руководитель, привыкший иметь кристальную репутацию. Но как любящая женщина считала, что неправильно прятать его от окружающих. Только не моего замечательного рыжика.
— Я люблю тебя, милая Тиана. Больше всех на свете люблю. Поэтому и прошу последовать моему плану.
— Хорошо. Я не буду настаивать, но мы заключим брак в ближайшие пару недель. Ты не избавишься от меня, понятно, — строго сказала я, погрозив ему пальцем, как шкодному малышу, не желающему слушать старших.
Рассмеявшись, он прижал меня к себе, и не сдержавшись, на эмоциях поцеловал в щеку. Короткое прикосновение губ, и он отстранился на приличное для жениха расстояние.
— Куда я от тебя денусь? Я же уже и… — он оборвал себя на полуслове и посмотрел на меня настороженно.
Тайны я не люблю, однако, не могу представить гадости от него. Мой Скиф не такой. Он добрый и понимающий мужчина. И, конечно, он слишком прагматичный для слов, не подтвержденных поступками или чем-то еще.
— Что уже? Договаривай, раз начал. Не заставляй меня теряться в догадках, вот это мне точно не поможет чувствовать себя лучше.
— Пойдем, покажу, пока набрался храбрости, — он встал и протянул мне руку.
Без сомнения я вложила свою ладонь в его и последовала за ним до неприметного сарайчика. Вернее, когда-то давно это был простой сарай, куда слуги сносили непригодную больше для приготовления еды посуду. Что-то они потом забирали себе, что-то увозили на переплавку, но оставалось и то, что так и валялось в ненужной пристройке. Не захламлять же подвал или чердак.
Сейчас там находилась столярная мастерская, в том виде, в котором понимал ее Скиф. Несколько чанов с чистой и грязной водой, пол, положенный под углом, с канавками для стока воды. Высокий стол и стоящая на нем небольшая тумбочка с закругленными углами. Она была вся гладенькая и овальная, об такую удариться точно не выйдет. Выполнена она была из темного, почти черного дерева, и была украшена искусной резьбой. Чуть дальше была прикрыта тканью другая готовая мебель.