После пары часов шопинга и неловкой беседы с моей кредитной компанией по поводу «необычной активности» использования кредитки мы с Эмили ввалились в квартиру, обремененные пакетами с вещами и с сильно облегченными карманами.
— А теперь что ты хочешь делать? — спросила Эм, раскрасневшись от оргии покупок. — Пойти на ужин?
— Нет! — прокричала я из коридора. — Мэтью, мешок для мусора!
Не разуваясь, я прошла в спальню и рванула на себя дверцу шкафа. Я была настроена решительно. Джинсы. Футболки. Мешковатые джемперы. Старые платья, которые малы, велики или как раз впору. Ни единой вещи, в которой я хотела столкнуться с Райаном Рейнольдсом на ближайшей почте. Стало быть, все на выброс. Стоило ли отрезать волосы, перекрашиваться в красный цвет, накупать платьев на целый Китай, а потом уступать старым, лузерским привычкам? Одним махом я сбросила вещи в мусорный пакет, который Мэтью держал открытым, и решительно начала очищать выдвижные ящики. Здесь не было ничего красивого, что захотелось бы оставить. Каждый предмет одежды с достоинством принял поражение. Вскоре все растянутое, большое и посеревшее оказалось в мешке, а на освободившемся месте засияла радуга прелестных платьев, в которых не стыдно знакомиться с первоклассным кавалером. Вот оно, настоящее чудо!
В гостиной Мэтью сотворил собственное чудо. К нашему с Эмили приходу новые замки были врезаны, фотографии сняты и все до единой вещи Саймона затолканы в мусорные пакеты и унесены в подвал. Самого бы Саймона туда за компанию. Чистота впечатляла: нигде ни пятнышка. Оказалось, у меня есть пылесос. М-да, каждый день мы узнаем что-то новое.
— Ты и вправду настоящая красавица. — Мэтью велел мне еще раз покрутиться в платье, показанном последним в ходе импровизированного дефиле, и похлопал по дивану рядом с собой. Садиться совершенно не хотелось: новые волосы переполняли меня энергией. — Мне очень нравится.
— Не слишком похоже на Шерил после развода?
— Ничуть, — заверил он. — Как настроение?
— Ты знаешь, хорошее. — Я осмотрела комнату, соображая, что куда делось, словно в игре на детском празднике, когда мама убирает что-нибудь с подноса, а тебе нужно догадаться, что исчезло, а ты никак не можешь вспомнить, только замечаешь: чего-то не хватает. — Правда хорошее.
— Набери воздуху в грудь и не огорчайся, — посоветовал он. — Пока тебя не было, звонил Саймон.
И тут мне снова стало хуже некуда.
— Ты с ним говорил? — спросила я, заправив волосы за уши. Платья-шматья…
— Ну, он не был расположен к разговору. — Мэтью мгновенно высвободил мои пряди. — Он хочет, чтобы ты вернула ему кольцо.
— Ясно.
Я уставилась на мыски туфель. Мне нужны новые туфли к новой прическе. И новый бойфренд к новым туфлям. Мы пламенно влюбимся, обручимся, родим ребенка, наткнемся на Саймона где-нибудь на барбекю у общих знакомых, и он поймет, какую ошибку совершил, увидит, какое сокровище упустил, и бросится с моста. Так, кого бы попросить устроить барбекю?
— Не обязательно ему звонить, — прервал мои фантазии Мэтью. — Я могу позвонить вместо тебя. Или пошли ему эсэмэс.
— Или я позвоню и скажу, какой он законченный козел! — крикнула Эмили из кухни. Засвистел чайник. У меня отличная подруга. — Ну разреши мне ему позвонить!
— Нет, я сама. — Я встала. И тут же снова села. И опять встала. — Сама позвоню.
Легко сказать, но как набраться смелости? Вся моя решительность куда-то делась. Набирая номер, я ощущала легкую дурноту. Но это нужно сделать. Если не переговорить с ним сейчас, он снова позвонит, то есть перспектива общения так и будет довлеть надо мной. Над моими прелестными огненно-красными волосами. Я смогу. Рыжей Рейчел такое вполне по силам. Эмили принесла мне чашку чаю, Мэтью сел рядом на диван, положив теплую тяжелую руку мне на плечо. Это просто телефонный звонок. Даже если в последний раз мы говорили перед неловким прощальным сексом, который я приняла за неловкий воссоединительный секс, неужели это помешает мне позвонить?
— Саймон слушает, — ответил он, как всегда, сняв трубку на втором звонке.