Виниловые пластинки…
Пластинки Саймона!
Я сорвалась с дивана и пролетела к музыкальной тумбочке в углу, как камень из пращи. Пару лет назад Саймон настоял на покупке проигрывателя и с тех пор собирал редкие пластинки, чтобы похвастаться, когда заходили мой братец или приятели-меломаны. При гостях он предпочитал шестидесятые, но единственными записями на его айподе были первый альбом Леди Гага и последний группы «Колдплей». Даже «Парашютс» не слушал. А вот и его сокровище — страшно редкая пластинка «Битлз». Та самая, которую Саймон, прижав к груди и хныча как ребенок, вытребовал у мамаши в подарок. Кстати, не помешает ее оценить. Я ему, может, услугу окажу. Если в доме есть ценности, ими могут соблазниться воры, меня убьют во время ночного ограбления, и Саймона замучает совесть, что он бросил меня одну с бесценным винилом. Обязательно надо оценить пластинку. Все равно я иду в Сохо. Обернув «Битлз» двумя журналами «Хит», я положила импровизированный защитный конверт в пакет и вышла из дома в неожиданно приподнятом настроении.
Сохо всегда казался мне странным для Лондона районом. Достаточно близкий к Оксфорд-стрит, чтобы туда забредали туристы, попадая в зубы небольших акул пера и экрана, недостаточно ловких или продвинутых, чтобы переехать восточнее. Ну и, конечно, здесь гей на гее. Не буквально, естественно. По крайней мере днем. Когда мне доводилось ступать по булыжным улицам Сохо, я либо шла в какую-нибудь шикарную гостиницу, где проходила фотосессия, либо, в прежние счастливые деньки, гуляла в дружеской компании — с Мэтью и Стивеном. В менее счастливые деньки я целый час ждала Мэтью в «Баре О» (когда он подъезжал, мы с Эмили уже пили во «Флоридите»), а потом встречалась с Саймоном в «Вагамаме» за углом. Может, я старею, но сейчас я хожу в Сохо только за подарками ко дню рождения. Твердо решив вознаградить себя за прошлогоднее сочетание семейных трусов и пива (я очень много работала, хотя вообще очень ленива), я направилась в «Мусор виниловых джунглей» поискать что-нибудь особенное.
Надо сказать, музыкальные магазины не рассчитаны на девушек. Подобно магазинам комиксов, рыцарско-драконовым поединкам и чтению газет в туалете музыкальные магазины, особенно специализирующиеся на виниле, требуют наличия в организме игрек-хромосомы. Войдя, я сразу почувствовала себя неловко. Мне захотелось оказаться в джинсах и кроссовках, а не в платье, да и подведенные глаза здесь смотрелись нелепо. Два продавца не первой молодости, один лысый, второй заросший до самых глаз, оба явные женоненавистники, определили во мне полную дуру, не успела я и двух слов сказать.
— Здрасте, — просительно улыбнулась я с видом «не смейтесь мне в лицо и не обдирайте как липку».
И получила в ответ два кивка, означавших «не, не повезло тебе сегодня, лапуля».
— Я ищу пластинку, — пискнула я. — В подарок на день рождения.
Они переглянулись.
— Ну естесно, — сказал лысый. — Только у нас много пластинок. Чё-нить наметила?
Отлично. Они убедились, что я дура. Надо было Пола с собой взять. Он сразу подружился бы с этими засранцами.
— Мой приятель любит музыку, — начала я, оглядывая стеклянные витрины за прилавком. — Ему нравится…
Господи, в голове стало совершенно пусто. Почему, почему? «Не произноси этого, Рейчел, не смей это говорить!»
— Ему нравится… музыка.
Ни лысый, ни лохматый не нашлись с ответом. Я поняла, что есть только один способ спасти положение. Сунув руку в пакет, я выудила мой конверт, сделанный из журнала «Хит».
— О, такими песнями мы не торгуем, — сказал лохматый, страшно развеселив лысого товарища.
Наклонив голову набок и чуть улыбнувшись, я убрала журнал с Шерил Коул на обложке, открыв лакомый кусочек винила. А такого вы не видели? Неожиданно я почувствовала пристальное внимание знатоков.
— Раз уж я зашла, можно вам показать? — Я с великой осторожностью положила пластинку на прилавок. Джон, Пол, Джордж и Ринго посмотрели на меня с улыбкой.
Как некоторые не в состоянии общаться без поминутных ругательств, продавцы, видимо, не умели общаться с женщинами без сарказма, поэтому их молчание я восприняла как добрый знак.
— Это моей мамы, — зачем-то солгала я. — Хочу оценить для нее пластинку. Я, конечно, смотрела в Интернете…