— Всем добрый вечер, — начал Эшер.
Я села по-турецки и притворилась самой безмятежностью. Без смокинга Эшер по-прежнему был очень хорош собой, хотя толстые очки, к сожалению, снял. Надеюсь, к коктейлю они снова займут свое место на переносице. И костюм на нем оказался не из спандекса. Может, Эшер действительно моя судьба и мы поселимся в ашраме с нашими прелестными гибкими детками Кловером и Паксо? Стоп, это уже самообман какой-то.
— Начнем сегодняшнее занятие с трех «ом-м-м» и очистим наши мысли, — предложил Эшер классу пугающе спокойным голосом. Не иначе отгадал, что я подумываю назвать нашего первенца в честь основного элемента рождественского стола.
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, но неслышный окружающим голосок отказывался меня поддерживать. Вместо «ом-м-мов» он громко причитал и охал, шепча: «Иисус-ом, что ли? Неужели правда?»
«Да, мозг, — невесело ответила я, — правда».
— Ну как вам? — спросил Эшер в конце занятия. Я сидела на полу с багровым лицом, потная, и скатывала мат в тайной надежде больше никогда его не разворачивать. Услышав вопрос, я с недоверием подняла голову: первую половину занятия я провела в позе трупа, тихо плача, а вторую половину пыталась распрямить сведенные ноги, плача уже в голос.
— Сложно, — сказала я примерно через полминуты, придумав наконец ответ, который не был бы ложью и не содержал бы слов «Мать твою, ты издеваешься, что ли?».
— Да? — просиял он. — А чего бы вам сейчас хотелось?
Глядя с пола на его открытое, счастливое лицо, глазами души я вдруг увидела нас с Эшером в позах воина, а рядом две маленькие копии Эшера, которые пытаются нам подражать и падают на попу прелестными комочками радости в дурацких очках. Вернувшись к реальности, я закусила губу.
— Может, коктейль? — предложила я.
— И тогда я обозвала ее тупой коровой, — сказала я в заключение моей развеселой истории под названием «День, когда я накричала на супермодель», допивая второй бокал красного вина. — И ушла не оглядываясь.
— Ясно. Вау. Это… гм… да. Вау, — повторял Эшер, допивая третью кружку пива.
Для йога он многовато пьет, подумала я. А это не значилось в перечне качеств будущего отца моих детей.
— Мой девиз — вперед и не оглядываясь! Так, моя очередь. — Я встала. — Повторяем?
— Ясно. Да, — сказал Эшер. — Повторяем.
Стоя у барной стойки, я оглянулась на наш столик. Эшер какой-то пришибленный, но в целом вроде ничего. Преподаватель йоги ведь не окажется злобным или агрессивным, правильно? После занятия мы поплелись в «Лексингтон»: я рассчитывала, что если подколенные сухожилия немного отпустит, то как-нибудь доползу домой. Бармен Джейми, узнав меня, приветливо кивнул и выставил заказ на стойку.
— Как дела, Рейчел? — спросил он, взяв мою двадцатку.
— Ничего. — Я улыбнулась в ответ и забрала сдачу. — Много клиентов?
— Наверху группа играет, так что сегодня спокойно, — сказал он и слегка кивнул на Эшера, игравшего с телефоном: — А это кто?
— О, это новый… друг. — Я сделала гримаску. — Мы с Саймоном расстались.
— Быстро, — посочувствовал Джейми. — Ну что ж, бывает.
— Этот вроде ничего, — сказала я.
— На твоем месте я искал бы вариант получше, но если тебе нравится… — Он улыбнулся и занялся следующим клиентом.
Хм, а мне нравится?
— Ты давно занимаешься йогой? — спросила я, ставя перед Эшером пиво. Длинные ноги он замысловато перекрутил под стулом, свернутый коврик для йоги стоял рядом.
— Уже пару лет. За тебя, — сказал он, подняв кружку и пальцем сдвинув очки на переносицу. — Жить без йоги не могу.
Я кивнула: здоровый образ жизни — это хорошо. Галочка.
— А почему вдруг начал?
— Вообще-то меня приобщил мой бывший, — признался он, прихлебывая свою пинту. — Он был спортсменом, и если я хотел его увидеть, приходилось идти с ним на занятие. Но теперь я даже рад, что так вышло. Гораздо лучше дружить с йогой, чем с ним.
Я чувствовала, что глаза расширяются, не слушаясь приказов мозга, и очень медленно выплюнула вино обратно в бокал. Почему-то я не смогла ничего проглотить.
— Ты что, раньше жил с мужчиной? — Ставший совсем тонким голосок ничуть не напоминал прозвучавший в моей голове.
— Ну и что такого, Господи Боже, в чем проблема? — Эшер встревоженно посмотрел на меня. — Я и забыл, что некоторые так к этому относятся…
Не успела я ответить, как шестифутовый бог йоги в эластичных одеждах бесцеремонно вторгся в мои видения, оттолкнул меня так, что я села на задницу, сгреб Эшера в охапку и поцеловал взасос. Я сидела на траве, а мои нафантазированные дети всхлипывали: «Почему, папочка, почему?»