— Эмили, хватит, черт побери, ныть, сунь уже туфлю в сумку и спускайся, — приказал он. — Рейчел, это Саймон приходил.
— В восемь утра? — изумилась Эмили. — В воскресенье? Он что, больной?
— По выходным он всегда встает рано, — спокойно пояснила я. — У него футбол.
— Он приходил за почтой, — пояснил Мэтью. — А поскольку он получил свою почту, то больше тебя не побеспокоит. И не будет больше говорить с риелторами о продаже твоей квартиры, пока ты ему сама не разрешишь. Такси у крыльца. Ну что, выходим?
Я смотрела на него, онемев. Мэтью Чейз. Настоящий мужчина. И человек дела.
— Ладно, не будем мешкать. — Эм сунула туфлю в сумку и вытянула длинную ручку из чемодана. — В Канаду так в Канаду.
Меня поддерживало одно: я оставляла прежнюю Рейчел с ее бывшим бойфрендом, светлыми волосами и сериалами сидеть на диване и смотреть кулинарное шоу и не позволила Рыжей Рейчел вывезти чемодан за порог и спуститься к черному мини-вэну, стоявшему на улице.
В Канаду так в Канаду.
Глава 16
Через четырнадцать часов после полета первым классом и нескольких бокалов шампанского Рыжая Рейчел оказалась в Торонто и смогла вычеркнуть еще один пункт из списка. Перегнувшись через стол, который тянулся вдоль всей стены, я выглянула в окно, не в силах поверить в реальность происходящего. Пусть вид на соседнее здание и пару гаражей не особенно впечатлял, но все-таки это не Айлингтон. Мы не в Англии, мы в Канаде, вот так! Гостиница, рекомендованная Джереми, работавшим на международных рейсах, как Мэтью и обещал, оказалась роскошной, правда, до невозможности модной. Мы словно попали в декорации «Безумцев», оказавшись в окружении актерского состава «Сплетниц». Поднявшись в номер, Эмили рухнула поперек пухлого матраца.
— Ну, пока! — Она закрыла глаза. — Вы, безумцы, можете идти веселиться, а я выпита до дна.
— Подвинь задницу. — Мэтью схватил ее за ногу и оттащил ближе к концу кровати. — Пошли в бар, сейчас всего-то… — Он посмотрел на часы, сообразил, что не перевел их, и пожал плечами: — В общем, рано.
Эмили взглянула на меня в поисках поддержки, но я была слишком занята: сидя по-турецки в большом квадратном кресле, изучала детали рум-сервиса.
— Тут есть вибратор за четыреста долларов. — Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. — Ты куда нас привез?
— Ох, да они просто так пишут. Наверняка его никто никогда не заказывает, — отмахнулся Мэтью. — Это просто одна из модных гостиничных фишек. Готов поспорить: если ты попросишь вибратор, у них его не окажется.
— Ага, — хмыкнула я. — А в центре комнаты что? Мне кажется, или это душ?
Мои друзья одновременно повернули головы.
— А почему тогда занавески нет?
Джереми забыл упомянуть, что в здешних номерах нет ванн, только душевая кабинка в спальне. Прямо у изножья кровати. Прозрачные пластиковые кабинки в трех футах от кровати. И ни малейшего намека на матовость, чтобы пощадить вашу скромность.
— Даже не думайте передо мной раздеваться, — испуганно предупредил Мэтью. — Я буду ждать снаружи.
— Ты действительно будешь выбегать из номера всякий раз, как кому-то из нас захочется принять душ?
— Ну не буду же я сидеть и смотреть!
Бедный гей Мэтью!
— Тогда можешь начинать отворачиваться. — Эмили встала и начала раздеваться. — Я всегда чувствую себя грязнющей после перелета.
Я тут же плюхнулась на ее место и схватила пульт от телевизора.
— Чур, я после тебя!
— О Господи! — Мэтью закрыл глаза руками и пошел к двери. — Я спущусь в бар. Буду пить, пока мне не станет все равно. Возможно, в номер вам придется меня принести.
После душа Эмили сразу легла в постель. Не послушав совета перетерпеть разницу во времени, она забралась в большую уютную постель, прежде чем я начала мыться. Когда я вышла из душа, она уже спала. Или притворялась, чтобы не спускаться в бар и не смотреть, как Мэтью вносит свой вклад в международные отношения. Ну почему роль мамаши вечно достается мне? Я прикинула ограниченные возможности моего гардероба. Сегодня воскресный вечер. Из кожи вон лезть незачем, но, учитывая, что я видела у стойки портье, подкраситься не помешает. Хотя бы помадой. Может, подводкой для глаз. Что касается одежды, я решилась на укороченные брючки капри и самую длинную полосатую футболку, которая у меня нашлась, надеясь, что это сойдет за континентальный шик, а не будет воспринято как пренебрежение усталой женщины к своему внешнему виду. Взяв ключ от номера и большую старую сумку, я заперла громко храпевшую Эмили, стараясь ей не завидовать.