И черт, мне понравился этот рокочущий звук, вырывавшийся из его груди!
— Потанцевать? — тупо переспросила я, хотя и так было ясно, что я все поняла правильно.
Никита как-то сладострастно улыбнулся, блеснув голубыми глазами с синими искорками. В уголках губ я увидела легкую усмешку.
Он протянул мне руку, настойчиво предлагая принять ее.
— Ну, да, прекрасная леди, — проговорил он, улыбаясь — Окажите мне такую честь.
Я очень внимательно посмотрела на его большую протянутую мне ладонь, а затем, словно бы смущаясь, осмотрелась по сторонам, наблюдая, заметил ли кто-нибудь, кроме меня, этот его жест. Вроде бы, никто… Если не считать Рысцова, который словно бы припечатал меня взглядом к полу, взывая к чему-то… я и сама не поняла, к чему.
Но разве я его искала? Идиотка!
— Влада? — услышала я мягкий, но настойчивый голос Никиты, взывавший ко мне.
Я мгновенно взглянула на него и утонула в синеве дьявольских глаз. Красивые, голубые…
Голубоглазый блондин… мечта многих женщин!
Какое счастье, что я не вхожу в то великое множество!
И к тому же прекрасно знаю, какие мысли бродят в голове этого светловолосого «принца»!
А у Кирилла глаза более темного оттенка, отметила я про себя, как полуночное небо, с шаловливыми искорками внутри зрачков…
Я тут же отругала себя, нахмурилась, поджала губы.
Вот черт! Какого лешего ОН опять внедряется в мои мысли?
Не позволю! Не позволю!!
Я еще раз взглянула на протянутую мне руку, подняла глаза на Никиту, вопросительно вздернувшего вверх светлые брови и изогнувшего губы в ироничной улыбке, а затем… вложила свою ладонь в его.
Натянуто улыбнулась и, стараясь предать своему голосу ровное звучание, проговорила:
— С удовольствием.
Никита улыбнулся шире и сжал мою ладошку в своей, потянув в центр зала, в ряды танцующих с таким выражением на лице, словно бы только что заявил всем на меня свои права!
Не понравился мне этот его взгляд, но я покорно пошла за ним, не желая нарываться на скандал, попутно улыбаясь всем, кто смотрел в нашу сторону. А смотрели, как мне показалось, очень многие!
Никита остановился в центре зала — специально он, что ли? — и окинул меня смеющимся взглядом.
Я заглянула ему в глаза и застыла.
И почему же у меня возникло такое ощущение, что все это не напрасно?
Мои глаза подозрительно сверкнули, губы плотно сжались. Я тяжело выдохнула, глядя Никите в глаза.
Я хотела отступить на шаг, уйти, вырвать свою руку из его захвата. Не хочу я с ним танцевать!
Но я не успела.
Неожиданно зал наполнился нежной плавной мелодией, и Никита, не обращая внимания на мое желание уйти, которое, я не сомневалась, прочитал в моем взгляде, уверенно притянув меня ближе к себе, положил руку мне на талию, а другой продолжал сдерживать мою ладонь.
Я оказалась плотно прижатой к нему, так что глазами упиралась в его подбородок.
Еще мгновение… и он повел меня в танце, и я, подчиняясь давно заученным движениям, пошла за ним.
Я чувствовала кожей его дыхание, слышала размеренное биение его сердца. И каждое его движение отдавалось в моем теле какой-то пульсирующей горячей волной.
Я старалась сдержать биение своего бешено бьющегося мне в грудь сердца. Но оно все равно клокотало, как сумасшедшее. Ладонь, зажатая ладонью Никиты, вспотела. Черт его побери!
Я стала считать секунды до окончания танца.
Пять… Десять… Пятнадцать… Долго еще?
Никита наклонился ко мне, я ощутила щекой его теплое дыхание.
— Я должен тебе признаться, — прошептал он мне на ухо, — что очень плохо танцую.
Я подняла на него глаза, встречая его твердый взгляд, и одновременно стараясь отстраниться. Но он мне не позволил, прижимая к своему телу сильнее, отчего мое глупое сердце забилось чаще. И продолжая смотреть мне в глаза все с тем же невозмутимым взглядом правообладателя.
— А по тебе и не скажешь, — сухо проронила я и отвела глаза
Двадцать… Двадцать пять… Тридцать…
Когда все это закончится?
— Влада, а можно тебя спросить?
Я невольно вздрогнула от этого рокочущего, хриплого голоса, раздавшегося куда-то мне в макушку, и напряглась всем телом, почувствовав, как холодок коснулся позвоночника.
— Если это не вопрос о том, хорошо ли танцую я, то спрашивай! — ответила я, глядя по сторонам
Никита рассмеялся, я почувствовала это всем телом, прижатым к нему вплотную.
— Как давно ты знаешь Кирилла?
Я чуть не споткнулась на ровном месте. В горле мгновенно пересохло.
Какого черта он спрашивает об этом?!! Не из чистого любопытства, это же ясно!!
И вообще, зачем произносит вслух имя того, кого я решила сегодня навсегда забыть, вычеркнуть из своей памяти? Имя человека, который даже на прием этот не пришел!
От досады захотелось топнуть ножкой. Желательно по ноге Никиты, прижимавшейся к моей все более тесно и откровенно.
— Не очень давно, — проговорила я, по-прежнему не поднимая на Никиту глаз
— А в каких вы с ним отношениях?
Я чуть было не споткнулась во второй раз.
Сегодня же не ночь откровений, черт побери! Тогда какого лешего из меня пытаются вытрясти душу?
— Ммм… — протянула я, задумавшись
На этот вопрос и сам Кирилл ответить не сможет! Потому что это сложно.
Черт, в каких мы с ним отношениях? Будем плясать «от противного». Мы с ним точно не друзья, даже не приятели. И не работаем мы вместе, я сотрудница на фирме у его брата. Мы не враги, хотя и рады бы доставить друг другу неприятности. И поддеваем друг друга постоянно, подтруниваем, подшучиваем. Он постоянно пытается доказать мне, какая я «лохушка» по сравнению с ним. И иногда у него это даже получается!! Что еще?!
Ах да, еще он защитил меня от ТЕБЯ, Никита!
— Мы… просто знакомые, — проговорила я тихо — Я работаю на его брата.
Вроде бы, этого вполне достаточно. Тем более для человека, которого это вообще касаться не должно!
— На Павла?
— Угу, — промычала я, вновь оглядываясь по сторонам
И что же меня не отпускает странное чувство, словно сейчас случится нечто неприятное?
— А он о тебе… очень бережно отзывался, — проговорил вдруг Никита
Я стремительно подняла на него глаза.
Что значит — бережно отзывался? Когда он успел-то?
Никита криво усмехнулся и вздернул вверх брови.
— Тогда в клубе, помнишь? — добавил он, глядя мне в глаза — Кстати, тогда… — его губы вновь скривились, он окинул оценивающим взглядом мое скромное темно-серое платье с высоким лифом — То твое платье мне понравилось больше, чем это.
Это было равно пощечине. По крайней мере, для меня.
Я гневно сузила глаза, испепеляя Никиту взглядом. Но, похоже, ничуть того не покоробила им. Он продолжал смотреть на меня как ни в чем не бывало и даже смел улыбаться, растягивая губы в насмешливой гримасе. А его глаза… Глаза беса нахально смеялись.
— Рада, что ты оценил, — процедила я сквозь зубы — Больше ты его не увидишь!
Никита весело хохотнул и стремительно закружил меня в танце, сжимая мою ладонь и не собираясь отпускать.
Я невольно покачнулась, тихо охнула и навалилась на него, прижимаясь к его сильному разгоряченному телу сильнее, и раздраженно стиснула зубы, сдерживаясь, когда его рука приподнялась вверх, ласкающим движением проводя по моей спине вверх вниз.
Как бы мне не хотелось этого признавать, но от этого соблазняющего и собственнического прикосновения мое тело тут же покрылось дрожью.
— Попридержи свои руки, — прошипела я сквозь зубы
Никита беззвучно рассмеялся. И подчинился, неторопливо переместил свою ладонь на мою талию, сопровождая свое продвижение нежными едва ощутимыми касаниями.
Я прикусила губу и тяжело вздохнула.
Сорок… Сорок пять… Пятьдесят…
Держись, Влада, держись!
— Как скажешь, — хрипло прошептал Никита, наклоняясь ко мне и почти касаясь губами мочки моего уха.
Я резко отшатнулась от него, оступилась, неровно повернувшись, но мужчина удержал меня за талию, воспользовавшись шансом и вновь поглаживая мою спину круговыми касаниями.