— Ну, а если окажется так, что он действительно мне нравится?
— Только вот без всяких глупостей за закрытыми дверями! Вы там в карты играть собрались?
— Бабушка, ты за кого меня принимаешь!
— Смотри у меня, а то всё чаще и чаще у подружки своей оставаться стала. Может, дело в её братишке?
— Бабуля, мы просто попьём чай!
Поставив на поднос две большие чашки горячего чая и вкусности, я направилась в свою комнату. Артём сидел на моей кровати, его взгляд устремился на меня.
— У тебя миленькая комната. — на его всё ещё покрасневших щеках появились ямочки. — Ты действительно очень красиво рисуешь.
— Спасибо, я рада, что тебе нравится. Садись, будем пить чай.
— Ты рисуешь исключительно портреты?
— В основном, на самом деле, я люблю рисовать и пейзажи.
— И кто же герои твоих великолепных картин? От твоих картин веет несколько депрессивная нотка.
— Этих людей я никогда не встречала в своей жизни, они родились в моём воображении.
— Значит, мальчиков рисовать любишь… Голубоглазых блондинов, да?
— Я разве не говорила тебе, что мне не нравятся брюнеты?
— Что же, я благодарен маме за то, что она передала мне свою внешность.
— Ты хоть немножко согрелся?
— Да, вполне. Спасибо, что приютила.
Артём поставил пустой стакан на стол, а после зевнул.
— Ты что, спать хочешь? — улыбнулась я. — Господи, ты такой милый, когда зеваешь!
— Ты хочешь сказать, что когда я не зеваю, то я страшный?
— Нет, ты очень красивый и милый.
— А я тебе когда-нибудь рассказывал, что я вообще-то ещё и очень стеснительный?
Блин, Артём с одной стороны такой мужественный и серьёзный, а с другой он такой стеснительный и милый. Да-да, не только ты будешь меня смущать!
Меркулов, после окончания чаепития решил немного поспать. Да, как выяснилось, он весь вчерашний вечер и ночь просидел на скамейки, не сомкнув глаз. Мне стало его жалко. Как только его голова коснулась подушки, он провалился в сон. Чтобы случайно не разбудить своего «приятеля», я решила позаниматься домашними делами, если не погладить выстиранное бельё, бабушка может громко накричать. Она постоянно говорит, что женщина обязана следить за домом и воспитывать детей. Короче говоря, скучная жизнь домохозяйки. А ведь через несколько лет, заходя в магазин, я буду смотреть не в сторону кондитерского отдела, а искать моющее средство и детское питание. Бр, от этой мысли меня передёрнуло. Меня пугает та мысль, что когда-нибудь я постарею.
Когда с домашними обязанностями было покончено, я возвратилась на свою территорию. Комнату освещал тусклый свет ночника. Тёма мирно спал, укрывшись розовеньким одеялом с единорогом. Он спал, подложив руки под щёки. Во время сна он особо сильно похож на ангела. Такой милый, такой невинный. В голове промелькнула мысль о том, что через несколько лет мы могли бы спать в одной кровати…Артём заворочался и перевернулся на спину, скинув с себя одеяло. Край его чёрной толстовки слегка задрался, оголяя небольшую часть живота. Ого, да у Артёмки кубики имеются! Руки тотчас зачесались, уж очень соблазнительный вид. Я осторожно села на его бёдра, чуть приподняла одежду и легонько провела пальцами по накаченным мышцам. Меня будто окатило ведром ледяной воды, когда в тишине раздалось тихое: «Ну как?» Я вздрогнула всем телом, а Артём начал заливаться смехом, откидывая голову назад.
— Ты что совсем дурак? — я несильно ударила его в живот, дабы прекратить это веселье.
— Прости, я не хотел напугать тебя. — Меркулов улыбнулся своей широкой улыбкой. — Прости, пожалуйста. Так что, тебе понравилось меня трогать?
— Иди в зад! — я пыталась сделать вид, что обиделась на него. Но перед его улыбкой устоять просто нереально. — Красивый живот просто. Твёрдый такой.
— Ага, это ты ещё не всё потрогала.
— Что ты имеешь…? Извращенец!
Комната вновь наполнилась волной весёлого смеха, только теперь мы смеялись вдвоём. Ничего-ничего, скоро и там потрогаем.
========== Глава № 36. ==========
POV Артём
17 сентября 20** год
— Не расстраивайся, друг, в жизни всё не так плохо, как кажется. А вообще, все мы когда-нибудь покинем этот мир, жизнь необходимо прожить достойно.
— Ага, может, ты мне ещё пример хороший подашь?
— Ха-ха, я тебе не девка, чтоб давать. Сам же понимаешь, что такими темпами сгниёшь совсем скоро.
— За своей жизнью следи, всё равно раньше меня помрёшь.
Мы с Мрачным сидим на лавке возле незнакомого нам подъезда. В руках стеклянная бутылка с пивом, холодный напиток слегка обжигает горло. Я вообще-то не любитель пива, особенно светлого, но выбора мне никогда не предоставляли. Уже за полночь, никого не видно. Мрачным я называю своего лучшего друга по имени Влад. Порой мне кажется, что он ненормальный тип. Одежда только чёрного цвета, какие-то цепи железные на себя вечно вешает. Лицо у него бледное-пребледное, почти прозрачное. При первой встречи можно подумать, что он смертельно болен, но на самом деле, позже он признался мне, что всё это благодаря косметике. Когда Мрачный губы чёрной помадой намазал, я вообще ошалел. Ладно, если губы как-то можно пережить, но ногти для меня кажутся перебором. Грешным делом мне начинало казаться, что он гей, но как оказалось, он просто эмо или гот, точно я не запомнил. В его традиционной ориентации я был полностью уверен, на каждой вписке Мрачный обязательно с какой-нибудь девчонкой перепихнётся. Рассуждаю, даже самому смешно становится. Сам не святой, всё-таки молодой организм просит любви. Постоянной девушки у меня никогда не было, а вот переспал я со многими. Местами становится от себя противно, ведь чаще всего приходится спать с одними шалавами. Должно быть, Мрачный прав, от такого образа жизни и сгнить недолго. Почти каждый вечер за бутылкой пива, а потом зависимость, а потом цирроз, а потом смерть. Замечательная перспектива. Горжусь собой только из-за того, что до курения пока не докатился.
— Знаешь, — голос Мрачного звучал тихо и медленно, — ты будто сам не свой в последнее время. Спермотоксикоз замучил?
— Юмор у тебя такой же чёрный, как и ты сам. Похвально. Я тут на днях такую девчонку классную встретил.
— Вау, у Артёма Меркулова появилась девчонка?
— Нет. У Ксюшенции подружка появилась, вчера приводила к нам.
— Малолетка, да?
— Ровесница, если в одном классе учатся. Если сравнивать с сестрёнкой, то та вообще мелкая совсем. Но красивая, это надо признать.
— Прямо-таки в твоём вкусе?
— Понимаешь, друг, кажется, эта единственная девушка, которая понравилась мне по внешности. Рыженькая, конопатая, худенькая. Фигурка вообще зачёт, талия и бёдра чётенькие, а вот бюстик не особо пышный.
— Друг, тебя ведь посадят…
— Да не собираюсь я с ней спать… А я ей, кажись, понравился. Она так засмущалась, когда меня увидела.
— Не строй из себя нарцисса, если на тебя вешаются всякие профурсетки, то это не значит, что нормальные девки будут.
— Это ты меня сейчас попытался оскорбить?
— Нет, просто я не хочу, чтобы мой любимый друг зазнался. А эта рыженькая прямо очень красивая? Бля, ты хоть имя-то её узнал?
— Аня. Очень красивая, я б замутил.
2 ноября 20** год
— Знатно же ты вчера нажрался. — констатировал факт Мрачный, с укором смотря на меня.
— Сделай одолжение, не делай ещё хуже.
— Может, хоть повод у тебя был?
— Был. Девушка моей мечты сосётся с другим.
— До сих пор мечтаешь о ней?
— А ты мне запрещаешь? Какого хера ты ещё здесь? Нервы мне трепать будешь?
Голова раскалывалась на две части, желудок будто скручивало в тугой узел, под глазами были огромные синяки, а кожа была такая, что любой Влад Пахомов обзавидуется, никакой косметики не надо. Ничего, главное, что вчера было весело. А вообще-то, было очень паршиво. Когда я последний раз страдал от того, что девушка не обращает на меня никакого внимания? Правильно, таких разов не было. Не знаю, что меня больше угнетает. То, что ей на меня абсолютно наплевать, или то, что я медленно теряю свою привлекательность. Алкоголь не залечил мои душевные раны, стало только хуже. Ещё и этот ненормальный раздражает.