– Да.
– Вроде бы да… Я даже SMS-ки посылала и принимала! Вот. Это почти тоже самое, как на пейджере, только там продиктовал вслух – и все. А здесь надо самому каждое слово напечатать латин…
Света недаром прослужила секретаршей: Фил чуть приподнял ладонь, и она, почувствовав ошибку, споткнулась на полуслове, глаза ее опять наполнились слезами, Филу срочно пришлось улыбнуться, чтобы девушка успокоилась. Улыбку он выбрал самую добродушную, и она помогла как нельзя лучше, у Светы даже носик не успел покраснеть.
– Это ты хорошо объяснила разницу. Продолжаю. Что мы все – вы все, телефонные пользователи, – должны уметь? Эсэмэски отправлять и принимать, уметь записывать номера в память, уметь звонить по городу и в любой конец мира, следить за тем, чтобы аккумуляторы были всегда заряжены. Зачем звонить по межгороду? Откуда я знаю, просто уметь, если понадобится. Все все умеют?
– Да.
– Да.
– Вопросы по трубкам есть? – Велимир и Света покачали головами, они украдкой переглядывались, как школьники на уроке строгого учителя, и им хотелось смеяться. – Угу. Вопросов у нас нет. Ни у кого нет вопросов. Прекрасно. Очень и очень хорошо. Тогда у меня будет вопрос… К Свете. Света, дай-ка мне твою трубочку… Скажи, родное сердце, какой номер у твоего телефона? – Света ойкнула, протянула руку к своей трубке, так опрометчиво отданной, но Филарет не отдал, и в глазах его тихо разгорались две Немезиды… Он понимал, когда служебный гнев идет на пользу делу.
– Велимир, помоги Светлане Сергеевне.
– Трубку, что ли, отнять?
– Да хотя бы: если голова пуста – трудись руками. Какой у нее номер?
– Виноваты, гражданин начальник. Чистосердечно каемся. Сейчас я заведу в память ваши телефоны и дам свой. Все верно, а я лошок.
– Кто? Ишак? Самокритично – но фотографически точно. Как?… А, лошак… Лошок? Все равно копытное. Заводим в память номера. Далее… Вот инструкции. Проверять не буду, но чтобы в день-два все изучили, чтобы от зубов отскакивало. Понятно?
Филарет набрал такой строгости в голосе, что восхищенный Вил только диву давался: вот кто рожден на ступеньках служебной лестницы – быть начальником всех возможных рангов и полномочий! Все те мужские уловки, мостики, со смешками и перешептываниями, которые он навел, чтобы эмоциональная связь его со Светой стала теснее, «тет-а-тетнее», чем у коллеги – оказались бесполезными: командирские рык и металл в голосе, да еще исполненные мощным уверенным басом, да еще перемежаемые приступами снисходительной доброты, оказали на девушку куда более сильное очарование, та уже и дышать боялась и только глаза ее лучились ужасом и обожанием.
– Света…
– Да! Да, я буду стараться, я все выучу!
– Хорошо, верю. Ты завари еще по чашечке, и нам пора ехать. Хорошо варишь. Сегодня поедем на острова, к стадиону. Подумаем, поищем, поспрашиваем, если будет нужно. Стой! Ты говорила про подругу Татьяну…
– Да, я с ней вчера поболтала. Ой, она же должна была зайти!
– Я встретил ее внизу у парадной, а она вроде бы испугалась и ушла. А может и не испугалась, а вспомнила о неотложных делах. Но это не важно. Она богатый человек?
– Я бы не сказала. Скорее, Татка совсем небогатая. А что?
– Не могла бы она посидеть у тебя дома, вызвать ремонтников, дабы они привели в порядок рамы, чтобы четко все было: покрасить, вставить стекла, убрать щели и тэ дэ и тэ пэ? Платит фирма. А Тате тоже… пятьсот рублей за хлопоты. Хватит ей пятьсот за день?
– Еще бы! Сейчас позвоню, если она согласится…
– Мы с Вилом – дознатчики из страховой конторы, где ты застраховала свою квартиру… Я говорю: застраховала свою квартиру!
– О… Да, я поняла, уже звоню… Таточка, это снова я…
– А чайник я поставлю, чтобы не терять время дорогое. И заварить могу.
– Угу, давай, Виля, правильно. Я же пока тоже позвоню, попытаюсь выяснить, не было ли на стадионе массовых мероприятий в эти дни. Не то следы затопчут, понимаешь…
– Филя! Она согласна, скоро придет, только ребенка в школу отправит. Им сегодня позже, потому что…
– Отлично. Забыл спросить: ты ей доверяешь – ключи, там, вещи, да и дом все-таки?
– Да, конечно! Как самой себе. Когда мы… ездили на Кипр в прошлом году, она приходила цветы поливать, пятое-десятое, проверить все ли в порядке. Она однажды открывает входную дверь, а у нее заело ключ. У Таты. И вдруг моя змеюка-соседушка по лестничной площадке, а она вообще любит в глазок подглядывать, высовывается, такая, и…
Филя знаком велел ей замолчать – на том конце провода откликнулись и он сладко зарокотал, пытаясь выяснить у неведомой собеседницы координаты или хотя бы контакты тех, кто может прояснить ситуацию по данному вопросу.