Часть 4. План захвата.
— Красиво горит, да? — спросил шестнадцатилетний юноша у стоящего рядом воина, глядя на пылающий город.
Захваченный город.
— Смотри внимательно, Шу, как прекрасна победа, — усмехнулся Вэй Сян, смотря на свой окровавленный меч.
Лань Шу и так смотрел, вот только не испытывал от победы никакой радости. Мирный город, в котором по большей части жили дети, женщины и старики, в итоге пылал, а люди в нём умирали один за другим, то от меча, то от огня…
Это был первый, но не последний завоёванный город юного господина, желающего власти всего мира. Вэй Сян был жесток, и тем, кто не умер при захвате приходилось даже хуже. Они умирали или от пыток, или от голода, а некоторые и от холода, ведь в камере стоял ужасный мороз, а на рабах висели порванные тряпки вместо одежды.
Смотря на то, как один за одним умирают люди, Лань Шу не понимал, чем он хуже? Почему небесам не даруют и ему покой? Думая об этом, в конце юноша осознал, что и впрямь не достоин избавления от земных испытаний, покуда, идя за господином, он стал не лучше него, так же убивая не моргая глазом.
— Господин, — смотря на то, как с небес падают снежинки, Вэн Сян обернулся к говорящему юноше, смотревшему на кровавые следы на снегу, — Скажите, вы.. счастливы? — от данного вопроса парень приподнял бровь, не понимая с чего ему быть несчастным, раз он смог захватить целый город?
Все воины ликовали, и не видели в своём господине не капли изменения, считая, что тот радуется победе, и лишь один заметил неладное. Вэй Сян и впрямь считал успех в сражении с мирным городом за ужасное деяние. Хоть парень не был милосердным и добрым, но идти с оружием на тех, кто не может пискнуть в ответ, даже для него казалось подлым действием. Но приказ дан от отца, и сын не имел право возражать.
— Счастлив…? — задумавшись бросил юноша, смотря как с небо падает снег, но сжав кулаки отвернулся от слуги, уйдя прочь, так и не ответив на поставленный вопрос.
Уже почти четыре года прошло с перерождения, но Вэй Сян никак не может отпустить прошлое, понимая, что это его крест, который он обязан пронести до конца. Юноша стал заметно лучше, уже не пугая слуг одним лишь своим взглядом.
Юный господин желал исправить свой бывший статус, будучи не кровавым правителем, а справедливым Императором, за которым люди будут идти не от страха, а желания. Хотя, добиться уважения куда сложнее, чем думал юноша изначально.
Дашь немного слабины и тобой начинают пользоваться. Показываешь силу, и тебя боятся. Ничего не делаешь – считают бесполезным. В прошлом Вэй Сян не задумывался над такой глупостью, как статус. Его вполне устраивало быть кровавым правителем, но теперь нет.
К счастью, Вэй Сян ещё не успел натворить бед, поэтому всё в его руках. Тем более, он уже заложил неплохой фундамент, за четыре года более-менее ослабив страх слуг к нему, и значительно уменьшив этим покушения на свою жизнь.
Но это было ничем, по сравнению с тем, как изменилось их общение с Лань Шу. Юноша был совершенно не похож со своим прошлым. Его глаза горели желанием жить и не по принуждению, а желанию оставаться со своим господином.
Первый год был тяжелым, и парни оба медленно привыкали к новым чувствам, но затем всё стало так хорошо, что Вэй Сян начал переживать. Слишком уж у него счастливая жизнь, которой он не достоин.
Лань Шу был предан своему господину до последнего волоска, но если в прошлом он явно делал это с безразличием и по приказам, то теперь в лице парня читалось явное желание. Желание защитить своего господина несмотря ни на что.
Вэй Сян даже подумать не мог, что проявив он свои истинные чувства и убрав жестокость, может так круто изменить жизнь, теперь то видя в ней столько света, который в прошлом был закрыт тьмой его злобы и ненависти.
— Господин Сян! — услышав голос, юноша обернулся, видя бегущего к нему с улыбкой парня.
Улыбка… В прошлом Вэй Сян не помнил, чтоб его слуга улыбался искренне. За все почти пятнадцать лет он ни разу не улыбался своему господину так, как сейчас радует его каждую встречу.
— Как тренировка? — спросил юноша, видя в руке Лань Шу меч.
— Хорошо. Все соперники побеждены, — кивнул парень, повернув голову к небу, — Какой красивый снег… Так мягок, как пых, — произнёс Лань Шу, заставив юношу опустить голову.
Прошлый Лань Шу никогда не радовался таким мелочам, как снег, дождь или иным природным явлениям. Парень ко всему относился безразлично. Сейчас же, Лань Шу словно боготворит каждую минуту, что он живёт.