— Знаете, предавать вас было весело. — стоя спиной к Вэй Сян, говорил мужчина, видя, как бывшие союзники подходят к нему со всех сторон, — Мне очень хотелось посмотреть на то, как вы падёте, господин. Я думал после этого у меня появится новая цель в жизни, и я обрету счастья, о котором все так радостно твердят, но… — с кровавых рук Лань Шу выпал меч, будто в миг став ему не нужным, а ведь враги уже окружили предателя, — Теперь мне хочется навсегда уснуть и больше никогда не помнить те дни, что мы с вами провели вместе.
От услышанных слов в глазах Вэй Сян стало мокро. В первые в жизни там появились слёзы. Лань Шу говорил с такой болью в голосе, что даже окружившие их воины не решались нападать, даже не ведая, что нужно было сотворить с человеком, дабы он опустился до такого голоса…
— Из-за вас я слишком сильно увяз в грязи, и теперь…
Вэй Сян не моргая смотрел на мужчину, что дал ему так много, в тоже время получив в замен лишь боль. Воины, до этого поджидавшие удачного момента, в миг налетели на мужчину, который с доброй улыбкой обернулся к бывшему господину, на прощание сказав ему.
— Миру пора стать чуть чище.
Семь мечей проткнули тело предателя, убив его за считанные мгновения. Видя, как тело человека, что был с ним больше десяти лет, замертво упало, Вэй Сян начал тянуться к тому, кого так нагло использовал всю жизнь, потакая и унижая, но в душе безумно любя, ведь Лань Шу был единственный, которому мужчина доверял.
— Шу.. Шу… — ползя к трупу, издавал еле слышный голос мужчина, но будучи всего в шаге от желанного человека, тело бывшего Императора проткнули, так и не дав дотронуться до своего любимого человека.
Ощущая, как жизнь начинает покидать тело, Вэй Сян вспомнил обо всех моментах, когда он и впрямь делал жизнь Лань Шу невыносимой, принуждая, унижая, заставляя, избивая… Да что только мужчина не делал со своим рабом, считая, что тот ему безмерно верен, и вытерпит всё, а он взамен подарит ему свою «Любовь»
Вот только, раб не оценил такой щедрости… Вэй Сян ощущая ненависть к предателю, но в тоже время он осознавал, что тот не от хорошей жизни решился на такое. «Интересно, если бы я был к тебе более внимательней и мягко, ты бы поступил так же?» — смотря на лежащего трупа, думал про себя мужчина, впервые в жизни осознав, что он сожалеет… Сожалеет о своих прошлых деяниях, из-за которых сейчас весь мир встал против него, а человек, что был всегда рядом стал тем, кто предал его, но не смог убить. Он не смог…
Вэй Сян, прикрывая веки, вспомнил первый день их встречи, когда юноша не смог ослушаться своего господина и беспрекословно попытался лишиться жизни. Себя убить он мог, а вот на своего господина его рука не поднялась. Несмотря на то, что этот господин принёс ему лишь боль.
«А ведь я так и не смог сказать ему…» — мужчина не успел додумать. Ощутив как тело обмякло, и разум на мгновение отключился, но тут же вновь заработал, стоило Вэй Сяну услышать стук в дверь.
— Молодой господин, этот слуга может войти?
Дернувшись, мужчина судорожно принялся осматриваться по сторонам, видя свою детскую комнату, в которой жил до 17 лет, а когда стал Императором перебрался в главные покои. По мимо помещения, Вэй Сян так же удивило то, что на его теле нет порезов, а ведь всего мгновения назад он истекал кровью. Резко повернув голову, мужчина широко раскрыл свои янтарные глаза, не веря им.
«Чего?» — ничего не понимал юноша, видя в окне своё отражение. Юное отражение. «Не может быть… почему я так выгляжу?» — поразился парень, но тут же дернулся, спрыгнув с окна и помчавшись к двери, открыв её и увидев…
— Шу… — прошептал Вэй Сян, не веря, что перед ним тот самый человек, что всего пару минут назад умер на его глазах.
Тот самый, но ещё не тронутый его рукой. Ещё не загрязнённый его словами. Ещё не погрязнувшись в его похоти. Совсем чистый…
Юноша с безразличием смотрел в пол, не поднимая пустых глаз, и не замечая как юный господин удивлённо смотрит на него, а его нижняя губа дрожит.
— С сегодняшнего дня этот слуга будет служить вам и…
Лань Шу не успел договорить, покуда тот, кто звался демоном во плати, рубящий всех вокруг, внезапно крепко обнял его, будто юноша являлся его самым дорогим человеком. А ведь они впервые встретились.
«На это раз, я ни за что…» — сжимая самого дорогого человека на свете, кто был с ним с самого начала и до самого конца, несмотря на всю вынесенную и принесённую боль, Вэй Сян твёрдо решил, — «Не позволю тебе страдать»