От столь приятного касания, Лань Шу дернулся, будто только что его не погладил, а ударили. Парень совсем не привык к такому отношению к себе и чувствовал ужасный дискомфорт, не понимая нравится ли ему это или нет.
Часть 3. Лучники.
Все в Царстве Вэй были не просто удивлены, а очень поражены изменениями юного господина, от которого обычно не дождёшься ни доброго слова, ни дела, но не сейчас. Хоть паренёк относился к слугам равнодушно, но за целый месяц он ни разу их не тронул, и даже никого не убил, что было милостью с его стороны.
Оставив гнев и жестокость в прошлой жизни, Вэй Сян сосредоточился лишь на Лань Шу, но заметил, что чем больше он старается быть с ним милым, тем мальчишка сильнее боится его. Юноша ничего не понимал. В прошлом, когда он всячески издевался и мучал слугу, тот относился ко всему смиренно и равнодушно, но теперь, когда юный господин лелеет и говорит с парнем лишь по-доброму, тот закрывается от него, словно чуя неладное.
Сидя в беседке с пареньком, Вэй Сян смотрел на чашу в руке, замечая неуверенность и сжатость юноши напротив. «Да что же я делаю не так? Почему Шу боится меня? Кажется, даже в прошлом он так не отстранялся, как сейчас…» — думал про себя юноша, попросив Лань Шу налить им ещё чая.
Паренёк был бы не против и сам позаботиться о такой мелочи, как чай, но положение не позволяло. В прошлом, когда мужчины были уже достаточно зрелые, Вэй Сян иногда подливал любимому вино, как бы проявляя милость, но после всей принесённой боли к рабу, о какой милости может идти речь?
— Сегодня достаточно жарко, да? — пытался как-то начать разговор парень, сделав глоток горячего чая.
— Может господин желает, дабы этот слуга принёс что-то, чтобы охладиться? — ответив на вопрос вопросом, паренёк был не сильно разговорчив.
В прочем, в прошлом проходило всё почти так же, но тогда юноша принимал это за должное, а теперь ненавидел эту черту прислуживания.
В прошлом Вэй Сян лишь усмехался над слугой, и говорил с Лань Шу лишь с презрением, даже не узнавая о нём ничего. «А я ведь всё ещё ничего о нём не знаю…» — осознал парень, поняв, что за все года, проведённые бок о бок, он ни разу не поинтересовался у слуги про его жизнь. Ни разу не спросил про чувства. Никогда не думал о нём в детстве…
— Нет. Скажи лучше, где ты жил до этого времени? Там тоже было жарко? — поинтересовался молодой господин, вызвав у парня напротив удивление.
«Зачем молодой господин спрашивает о такой ерунде? Зачем ему знать что-то про такое пустое место, как я?» — не понимал Лань Шу, убрав руки за спину.
— Этот слуга жил в деревни Саньсу, что находится по соседству с вашим Царством Вэй, юный господин. Погода там стояла такой же, как и здесь, — скромно ответил паренёк, смотря на свои ноги.
— И как ты спасался от неё? — продолжил разговор Вэй Сян, желая знать о юноше всё.
— Никак. Обычно я работал в поле или в доме до сумерек. В любом случае, мне некогда было думать о жаре, — проговорил Лань Шу, неохотно вспомнив те ужасные дни.
Юноша рос в очень бедной и жадной семье. Родители имели статус Прислуги, работая на фермера, но родив ребёнка, решили сделать из юноши своего собственного раба, раз на настоящего денег не хватает.
Маленький ребёнок работал с четырех лет, а к семи уже выполнял все взрослые поручения, погружаясь в грёзы максимум по четыре часа, и то не каждый день. За это мальчик дай бог получал кроху еды, а иногда вместо неё побои, из-за плохо выполненного указания.
Юноша с рождения знал лишь боль и холод по отношению к себе. Никто его не любил и не жалел. Быть рабом – это значит не иметь возможность владеть своей жизнью, будучи лишь бездушной вещью в чужих руках.
Увидев, что глаза Лань Шу померкли, Вэй Сян дёрнулся, ведь сейчас паренёк выглядел так же, как в их первой жизни. Как сломанная и бездушная кукла, которая без эмоций будет выполнять любое указание за чашку риса.
— Шу, запомни, с того момента, как ты вступил в Царства Вэй, ты принадлежишь мне, и я больше никогда не позволю тебе так мучаться, — вдруг, встав с места, Вэй Сян схватился за плечи паренька, от чего тот широко раскрыл глаза, не веря своим ушам, — И больше я не допущу, что бы ты…
— Молодой господин, сза… — крикнул юноша, прежде, чем Вэй Сян успел понять происходящее, Лань Шу уже откинул парня назад, сам встав под удар.
Все вокруг молодого господина померкло, увидев он, как любимого пронзает три стрелы, одна из которых попала в левый бок, вторая в руку, а третья ближе к груди.