На столе стояла его гордость. Монитор ВТЦ, и компьютер ZX-Specrtum. А на дворе стоял уже 2006 год. Это цифра весьма важна, если мы хотим проникнуть в мир Артема.
Но сначала я расскажу о Спектруме. Не все сразу, а постепенно, прерывая свой рассказ.
Спектрум родился в Англии. Придумал его талантливый инженер сэр Клайв Синклер.
Такую историю вам расскажет почти любой советский спектрумист. Для советских людей он был почти божеством.
Вырезка из газеты:
«Сэр Клайв Синклер после выпуска ZX-80 и ZX-81 изобретает замечательный компьютер ZX-82, который позднее назвали ZX-Spectrum. В апреле 1982 года он выходит в свет. Компьютер пользуется большой популярностью, и Синклер выпускает в 1983 году Микродрайв и Интерфейс 1. Эти устройства позволяют работать с данными быстрее, чем на кассетах. Кроме того, там есть последовательный порт (RS232) и возможность объединять компьютеры в сеть. В 1984 году появляется вариант с улучшенной клавиатурой и радиатором в блоке питания, который называется ZX Spectrum+. И, наконец, в 1986 году выходит Sinclair Spectrum 128, в котором 128 килобайт памяти, но можно переключиться и в режим с 48 килобайтами. У него также новая операционная система со встроенным калькулятором и расширенным Бейсиком. Но в 1986 году Sinclair Research LTD обанкротился. Права на производство спектрумов приобретает «Амстрад». С 1986 до 1988 года «Амстрад» выпускает три модели: Amstrad Spectrum+2, +2A и +3 с дисководом».
В то время компьютеры были в сотни, а то и в тысячи раз медленней, чем сейчас. Говорят, что Спектрум стал популярен потому, что Клайв Синклер нашел нужное соотношение между мощностью и ценой. В то время компьютеры были очень дорогими и позволить их себе могли только состоятельные люди. Популярность Спектрума была столь велика, что по всему миру создавались клубы любителей как этого компьютера, так и игр, сделанных для него. А сэр Клайв Синклер стал человеком-легендой.
Но судьба Спектрума в Англии сильно отличалась от его судьбы в России. Здесь купить себе настоящий фирменный Спектрум было большой проблемой, это еще слабо сказано! А если нельзя купить, то оставался только один выход – создать самому. И как утверждают некоторые радиожурналы, схемы аналогов Спектрума переписывали друг у друга даже в трамваях на коленках. Люди сами брали в руки паяльники, схемы и создавали себе Спектрумы, «биномы», «пентагоны», «ленинграды», и прочие клоны. Которые часто были даже несовместимы друг с другом.
Но точно также как и в Англии, у нас создавались целые клубы любителей этого компьютера. Люди собирались либо в радио-кружках, либо на рынках, где бойко шла торговля играми и программами для этого компьютера. Там люди знакомились, там они встречались, там они собирались в компании, чтобы совместно воплощать в жизнь новые идеи.
***
Артем заваривает кофе, делает бутерброд, садится за стол и молча ест свой ужин. Он напряженно смотрит в одну точку, застыв в бесконечности. Мне кажется, он счастлив в этой бесконечности. Но вот мой звонок заставляет его вздрогнуть. Торопливо дожевывая кусок, вытирая пальцы о футболку, он поднимает к уху трубку сотового телефона.
– Привет, что делаешь? – спрашиваю я.
– Только пришел домой, ужинаю, потом сяду за компьютер буду игру доделывать.
– И много уже сделал?
– Вчера движок дописал, полночи сидел, все думал, как градус рассчитать. Придумал. Работает.
– Может, прогуляемся?
– Нет, у меня работы полно, ты же знаешь.
Я вздыхаю.
– Ну, как хочешь. Мое дело предложить.
– Может, в следующий раз?
– Может, – соглашаюсь я.
Мне нужна минута, чтобы придумать, как продолжить наш разговор. С ним всегда сложно. Он – как кукла, у которой нет эмоций, я пытаюсь его разбудить.
– Я тебя не понимаю, – говорю я. – На День Рождения тебя звал, ты не пришел, на праздники звал, ты не пришел. У тебя то работа, то какие-то дела, а меж тем я точно уверен, ты сидишь дома и ничем, кроме программирования, не занимаешься. И постоянно говоришь, что у тебя дела.
– Ну, это тоже дело, – упрямо возражает Артем.
– Слушай, тебе бы хоть разок напиться, пообщаться с девчонками, расслабиться. Смотри, в следующий раз не позову! – шутливо угрожаю я.
– Буду смотреть, – отвечает он без улыбки.
Он выключает сотовый, раздаются гудки.
Я вспоминаю, как произошло наше знакомство с этим человеком. И понимаю, что уже не помню всего, слишком уж это было давно. Наверное, в начале девяностых. Тогда программисты собирались на рынках большими толпами и обсуждали свои проблемы. Вообще, программисты – это странные люди. Среди них, бесспорно, много интеллектуалов, но умный человек умному человеку рознь. Одни уже имели свой бизнес, другие работали в серьезных фирмах, третьи были безработными и любили выпить, четвертые и вовсе слыли эксцентриками, которых сложно понять. Но каждый из них был оригиналом. Были тихие, были странные, были умные, были замкнутые, были говорливые.
Артем был невидимкой. Закрытый, странный, тихий, не добрый и не злой. Человек серого цвета. Наверное, в одной такой «тусовке» я с ним и познакомился. Что-то делал сам, что-то программировал, но я был вечным студентом, а Артем был иным. Он знал все о компьютерах, о математике. Он был опытнее, вот я и обратился как-то к нему за советом. А что программировал, какую программу писал и для чего – уже не помню.
Прошло примерно десять лет с нашего знакомства. Многое успело произойти в нашей жизни, я изменился, забросил старые компьютеры и стал заниматься музыкой. Артем не смог бросить Спектрум.
За десять лет многие мои друзья женились и имели свои семьи, кого-то даже не стало. Артем как-то не задумывался о будущем. Женщины сторонились его, друзья у него были только по переписке. Я даже не знаю, считал ли он меня своим другом. Наверное, нет. Но от этого его жизнь становилась для меня более интересной.
***
Артем снова на работе. Он стоит у служебного входа магазина и принимает товар на склад. Все внимательно пересчитывает, что-то записывает в блокнот.
В городе цветет теплый и солнечный май. Рядом с магазином стоит грузовая машина «Газель», и из ее кабины доносятся современные танцевальные ритмы. Это – музыка нового тысячелетия. Лишь иногда по радио вдруг транслировали хиты девяностых или даже восьмидесятых. Такие песни вгоняли Артема в тоску. Он вспоминал под их звуки ушедшие годы и огромные «тусовки» программистов на радио-рынке. «BBS», «Fidonet», «Черный ворон», «НЛО», тысячи загадочных символов проносилось в его голове. Символов, о которых не знало молодое поколение, о которых не вспоминали взрослые люди.
Он складывает товар на полки аккуратно, как будто укладывает в люльку маленького ребенка. Ставит в блокнот роспись и приветливо улыбается водителю. Тот тоже ставит свою роспись, садится в «Газель» и уезжает. Сизый дым медленно тает в воздухе.