Девушка ошарашено умолкла. А потом проговорила негромко, растягивая слова:
– Пой, птичка, пой. Зато меня мужчины обожают. А вот у тебя с девчонками явно какие-то проблемы.
Черт. Она бьет больнее, чем он!
Тем временем, пока они ругались, подошла их очередь. Кассирша посчитала общую цену и потребовала с Игоря Васильевича двести рублей. Он вынул кошелек, но денег там не хватало.
– Вот я балда, – он стукнул себя по голове, – Надо было взять больше денег. У меня не хватает.
– Мужчина, – строго сказала кассирша, – Я вам уже выбила чек.
– А у меня нет денег!
– Успокойтесь, у меня есть, – кареглазая незнакомка протянула кассирше недостающую сумму.
Ничего на это не ответив, Игорь собрал свой товар и вышел из супермаркета. Девушка, однако, последовала за ним.
– Эй, – крикнула он ему вдогонку, – А сказать спасибо?!
– За что? – воскликнул он, – За ваши жалкие пятьдесят рублей? Вы их, наверное, на панели заработали с такой юбкой. Заработаете еще.
Она подошла к нему.
– У тебя проблемы, парень. Ты женоненавистник. Что тебе ужасного сделали женщины, что ты их так ненавидишь?
– Ничего они мне не делали, с женщинами у меня все в порядке, – соврал он.
– Тогда отчего ты такой озлобленный?
– Я не озлобленный!
И тут вдруг он умолк и задумался. Он на самом деле ненавидит весь свет и временами готов его в щепки разнести. Ему не раз говорили, что он злой, как дьявол. Но он обычно не обращал на это внимания. Ведь как бы плохо человек не вел себя, где-то в глубине души он считает себя добрым, просто не понятым окружающими. Игорь Васильевич не был исключением. Это все вокруг тупые надоедливые кретины, а вовсе не он – злой.
– Меня зовут Вера, – с улыбкой сказала она.
– Меня Игорь, – мрачно пробубнил он.
– Я провожу вас.
Они зашагали вместе. Игорь всю дорогу старался сдерживать себя, чтобы не наговорить гадостей. Она разглядывала его с ног до головы, не скрывая своего любопытства.
– У вас красивые синие глаза, – сказала она.
– Издеваешься? – от неожиданности Игорь перешел на «ты», – Что там можно разглядеть за этими очками?!
– Нет, не издеваюсь. У тебя действительно красивые глаза, очень добрые. Тебе разве раньше об этом не говорили?
– Ну…
Произошло чудо. Игорь Васильевич смягчился.
– Говорили однажды. Давно это было. Но у тебя тоже красивые глаза.
– Я знаю, – она улыбнулась, и очень мило хохотнула, – Я вся красивая. И зачем такую красоту прятать под длинную юбку и не подчеркивать косметикой? Пусть все видят, что я красива. Даже если это вульгарно.
– А ты любишь себя.
– Тебе тоже надо научиться любить себя. Тогда тебя будут любить окружающие.
– Может, ты и права.
Уже подходя к его подъезду, она вдруг спросила:
– А если бы у тебя была возможность, ты бы кем стал?
– Ты про профессию?
– Нет, – она засмеялась, – Ну существом каким-нибудь. Любым, даже самым фантастическим.
– Ну не знаю… Не каждый день задают такие вопросы.
– А ты пофантазируй.
– Ну, тогда, наверное, улиткой.
Она задумалась.
– Как странно. А почему именно улиткой?
– Действительно странно, – ответил он и опять замкнулся. Чтобы разрядить обстановку, Вера сменила тему:
– Слушай, а я смотрю, ты питаешься всякой гадостью. Набрал лапши, пельменей. Хочешь, я тебе приготовлю настоящий обед?
Игорь насторожено посмотрел на нее. Он подсознательно уже ждал какой-то пакости, пытался понять мотив этой женщины. С чего бы вдруг такое внимание и ласка? Что ей на самом деле от него нужно? Но он не смог понять Веру. Ее честные, карие глаза невинно смотрели на него.
– Хорошо, – угрюмо и вместе с тем смущенно проговорил он, – Надо договориться, когда ты придешь.
– Например, завтра вечером.
– Хорошо, – снова сказал он.
Они обменялись телефонами.
Вера развернулась и зацокала своими каблучками по мостовой.
– Пока, – крикнул он.
Она засмеялась.
***
Дома он нагрел чайник, запарил лапшу, поел на скорую руку, потом заварил крепкий чай и уселся возле своего лука. Он грустил. Посмотришь на свое маленькое растение, и тебе становится легче. Ведь если ты сумел вырастить хотя бы луковицу, значит, ты уже что-то сделал в этой жизни.
Игорь даже дал имя своей луковице – Оля. Почему именно Оля?
Он даже не задумывался над этим вопросом. Просто подходит. Давать имена растениям – это смешно. Ну и черт с ним. Кто узнает-то?
Оля уже успела дать две тонкие стрелы, которые вытянулись сантиметров на десять, и Игорь радовался этому, как будто наблюдал за ростом своего ребенка.
Дома царил бардак. Игорь принялся за уборку, так завтра к нему должна была прийти женщина. Не часто это случается.
– Ты только не ревнуй, – произнес он над луковицей.
***
И вот в назначенный час дверной звонок хрипло тренькнул. Игорь бросился открывать и даже слегка растерялся, увидел Веру на пороге своей квартиры. Сегодня она была накрашена не так ярко, как в те два раза, что он видел ее. Казалось даже, что она и вовсе не накрашена. Вместо обтягивающих кофточек и мини-юбок на ней было надето легкое летнее платье кремового цвета. В руках Вера держала авоськи с продуктами.
– Впустишь? – нарушила она тишину.
Игорь спохватился, забрал у нее тяжелые сумки и пропустил в квартиру.
– Я взяла продуктов, думаю, что у тебя дома ничего, кроме лапши, нет. Так что буду учить тебя готовить.
Пройдя в единственную комнату угрюмой холостяцкой квартиры Игоря, она осмотрелась.
Просторно, но запущено, хотя и видно, что перед приходом гостьи хозяин прибрался. А еще заметно, что хозяин сто лет не обновлял мебель и прочие детали интерьера. Вероятно, и тяжелые шторы, и мятый затертый палас, и шкаф годов шестидесятых достались Игорю от родителей. Если не от бабушки с дедушкой… Большая кровать, застеленная синим покрывалом, занимала едва ли не полкомнаты. У стен теснились громоздкие старомодные стеллажи и шкафы, забитые всякой всячиной, в том числе и книгами.
– Я пока согрею чаю, – улыбнулся Игорь, – А ты осмотрись, не стесняйся. Чувствуй себя, как дома.
Вера легонько кивнула и улыбнулась.
Первым делом ее заинтересовал сервант с книгами. Девушка осторожно приблизилась к нему, открыла стеклянную дверцу и принялась рассматривать содержимое. Множество книг было свалено на полках в полном беспорядке, среди них попадались бумажные самолетики, микросхемы и прочий хлам.