Благодарность родных вышла за границы разумного. Мать, Валентина Сидоровны, встала передо мной на колени и стала бить поклоны, как святому или даже Всевышнему. На мой обескураженный взгляд Иван Павлович только махнул рукой, он сам прослезился. Вот никак не ожидал такой реакции от матерого дельца и криминального авторитета. Когда же родители немного успокоились, я стал прощаться с ними. Иван Павлович остановил меня, а после вручил ключи и документы на машину и золотую карту Альфа-Банка со словами:
- Сережа, прими от нас в дар эти вещи. Они от чистого сердца. Ты сам отец, знаешь, жизнь ребенка не оценишь ничем. Но хоть в чем-то мы хотим отблагодарить тебя за то чудо, что ты сотворил с нашим сыном. И знай, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, когда бы она не понадобилась.
Меня провожали всей семьей, Саша тоже. Помахал им на прощание и выехал со двора на новом внедорожнике, Лэнд Крузере - подарке босса. Он оформил его на меня, как и банковскую карточку. До города меня сопровождал Вася, заменивший в моих поездках прежнего водителя - погибшего Серегу. Он отличался большей рассудительностью, не гнал так отчаянно, но и не медлил. Я спокойно успевал за ним, так и доехали до злосчастного поворота. Посмотрел еще на дуб, на нем даже издали видна ободранная нашей машиной сторона. У границы города Вася махнул мне рукой и пошел на разворот, я же поехал по знакомым улицам к родному дому.
Признательность босса за мой труд принял с удовлетворением. Дело не ценности подарка, а в ее значимости для одаряющего. Той же Даше я помог не за какие-то материальные блага, а из-за сочувствия к ее сыну, дружественные отношения же посчитал достаточным выражением благодарности. Особой необходимости ни в машине, ни в деньгах я не испытывал. Камри, верно служащая уже три года, меня вполне устраивала, да и привязался к ней. Продумывал, как лучше распорядиться дарами авторитета, оставлять их у себя я не собирался. С деньги на карте ясно, передам в благотворительные фонды. С внедорожником немного сложнее, отдавать ее кому-то посчитал неразумным. После некоторых раздумий решил выставить на торги, а вырученные средства также пустить на благотворительность.
С такими мыслями и приятным чувство исполненного долга подъехал к дому, поставил машину под навес - в гараже ей места не досталось, там стоят моя Камри и Ауди Алены. Обрадовал подруг вестью о более, чем удачном завершении лечебного курса Саши. Они разделили мою радость за него и гордость за собственный успех. После за столом отпраздновали столь значимое для меня событие. Этот день стал праздником моей души, а от меня и самым близким людям. Мое настроение передалось всем, детям тоже, между нами не утихали веселье, шутки, смех. В последующем еще не раз праздновали мои победы и достижения, но все же такого общего счастья, ликования, как сейчас, уже не переживали, привыкли как должному.
В марте нашему отделу сообщили приятную весть. Академия наук наградила премией группу сотрудников за серию работ по исследованию обтекания тонкого тела потоком идеальной жидкости. Среди них названы мой руководитель, Колычев, и я. Конечно, уровень награды не сопоставим с той же Государственной премией, полученной нами два года назад, но все же на душе отрадно от такой оценки нашего труда. Директор института на торжественном собрании зачитал поздравление Президиума Академии, а затем под аплодисменты всего коллектива вручил нам дипломы и сертификаты. После виновники торжества организовали банкет, отметили далеко не рядовое событие. В истории отдела такая награда впервые, а в институте только третий раз за двадцать лет существования.
Неплохо у меня складывалось и в университете. Нагрузка на заочном отделении намного ниже, чем на дневном. Без особого напряжения справлялся с заданиями и проектами, зимнюю сессию сдал успешно. Нечасто встречался со своими бывшими однокурсниками, более-менее регулярно общался с друзьями - Васей Калининым и Юрой Плотницким, еще с Катей и Любой. Катя держала меня в курсе дел в их группе, она уже стала популярной среди любителей поп-рока. Сам я практически полностью отошел от артистической деятельности, только иногда пел в застольных компаниях, да еще детям. Им, особенно Валюше, нравилось петь со мной детские песни, хороводные и колыбельные. Иногда к нам присоединялись их мамы, развлекали себя дружным семейным хором.